Катя никогда не была в городах Лукоморья, и что-то и не хотелось ей туда. Но, возражать не стала.

— Хочется-не хочется велика важность… Я же работать сюда пришла, а не высказывать что мне сюда охота, а вот туда не охота ехать! — уговаривала она себя. — Но, как же я боюсь! Опять же, народа куча будет! Ой, опозорюсь точно! Или за столом чего-то не так сделаю, или ляпну не подумавши, — она потихоньку ушла в комнату и села, уставившись в окно.

— А что такая грусть на лице? — Жаруся вспорхнула и села Кате на плечо, тут же сделав её невесомой.

— Да боюсь я туда ехать.

Не смейся только. Люди там разные. Оскандалюсь, как пить дать! — совсем пригорюнилась Катя.

— А ну, прекрати! Вставай! Будем тебя одевать! Для балов да пиров! — голос Жаруси прозвучал на весь Дуб, и к Катерине в комнату в тревоге, ввалились все, кроме Сивки, который туда просто не поместился.

— Чего вы тут все забыли? — Жаруся критически осмотрела взъерошенного Волка, Кота с куском мяса в зубах, и ошалевшего Степана. — Надо чего? Ничего? Тогда кыш отсюда!

Катерину она одевала часа два. А потом столько же проверяла, запомнила ли та, как что называется.

А потом вызвала остальных, полюбоваться на результат.

— Вот теперь и коруна к месту! Знаю, что тяжелая, терпи! — констатировала она, глядя на темно-синий расшитый драгоценными камнями опашень. Белоснежная шитая золотом рубашка под ним с драгоценными зарукавьями. Поверх опашня на плечах лежал сияющий воротник-ожерелье.

— Кот, зеркало надо! — Скомандовала Жар-Птица. Дуб даже не стал ждать приказа Баюна, зеркало появилось на одной из стен, огромное, выше человеческого роста. Катя посмотрела и даже сначала себя не узнала!

— Ничего себе! — отреагировал Степан.

— Дааа, очень, очень красиво! — Сивка несколько раз кивнул тяжелой головой, подтверждая свои слова.

— Ай, ну прямо и не знаю, не знаю… — Баюн обошел вокруг. — Жаруся, а поскромнее нельзя?

— Чего???? — Жаруся к критике относилась из лап вон плохо. Не переносила она такое! — Да как ты смел!

— Дорогая моя, как мне ребенка охранять, если на ней каменьев одето, возможно, больше чем в царской сокровищнице лежит? — ничуть не смутился Баюн. — Да и ухажеров отгонять придется! Это ж такая невеста богатая получается! Даже без учета её талантов.

Не вводи народ в соблазн!

— Да, пожалуй, есть резон. Некоторый, — подтвердил Волк. — Очень красиво! Но проблем не оберешься.

Жаруся произнесла какой-то загадочный звук, что-то среднее между фырканьем, возмущенным клекотом и уничижительным смешком. Взлетела, и легонько задела каждого из критиков крыльями по затылкам, благо, они рядом сидели.

— Ладно, это я вам припомню! Полетели девочка, тут нас не понимают! — грозно произнесла Жаруся, и порхнула из горницы в Катину комнату.