"Летчик и ведьма

Глава 1

Кеший

Я мог назвать момент, когда моя жизнь безвозвратно изменилась, с точностью до минуты, потому что как раз перед этим посмотрел на часы.

Тридцать первое августа две тысячи двенадцатого года, одиннадцать сорок три…

Обычно я выкладывал все новости в группу нашего класса в Контакте, но сейчас им просто неоткуда было взяться. Только вчера мы с родителями вернулся из Крыма, где провели месяц у бабушкиной сестры.

«Кеший, — написала мне утром Лидка Агафонова, — чего по завтрему? Никто ничего не знает. Во сколько приходить?»

Многие жили к школе гораздо ближе, но так привыкли, что Кеший все приносит в клювике, что и не думали почесаться сами. Хотя раз уж повесил на себя это добровольно, чего теперь возмущаться? Собрался и пошел.

Первое сентября в этом году выпало на субботу. Надеялись, что перенесут старт на понедельник, но обломались. Уроки — да, а линейка первого. Выяснил, во сколько начало, сразу же закинул в группу, вышел на крыльцо.

Рыжая девушка в узких джинсах и косухе присела на корточки у крутого байка, пристегивая его цепью к столбику. Откинула волосы с лица, посмотрела на меня из-под руки, встала.

— Скажи, ты здесь учишься? Директор где у вас?

— Сразу за охраной слева лестница, — ответил я, ошалело разглядывая ее. — На площадке дверь.

— Спасибо, — она вытерла салфеткой руки, поправила сумку на плече и поднялась на крыльцо.

Рыжая давно ушла, а я все пялился на дверь, за которой она скрылась. Или, может, ждал, когда пойдет обратно? Ну правда, не останется же там жить, выйдет когда-нибудь.

Девушка вышла минут через двадцать. Покосилась на меня, спустилась, отстегнула байк, села и уехала. Я плелся домой, а перед глазами стояло то, как она посмотрела на меня из-под ладони. Улыбка такая… теплая, озорная. Как девчонка. Хотя явно уже окончила школу. Можно сказать, почти старушка. Лет двадцать? Но точно не меньше восемнадцати, на такой мощный байк раньше права не дают. Это я знал точно: в Крыму катался на мотике соседа. Нелегально, конечно.

Зачем, интересно, она приходила к директору? Может, какая-нибудь родственница? Детей у Валитры, вроде, нет, значит, не дочь.

Блин, да какое мне вообще дело, кто она такая?

Но почему-то вдруг два светлых образа, которые вот уже третий год занимали мое воображение, слегка поблекли. Как будто на солнце облачко набежало.

Два образа — потому что мне нравились сразу две девчонки: Катька Татаренко и Алиска Немцова. Я никак не мог выбрать, кто из них больше. Впрочем, это не имело никакого значения, потому что ни та ни другая не обращали на меня внимания. На меня вообще обращали внимание только потому, что я был клоуном. Точнее, не был, а казался. Маска тотального стебальщика и зубоскала мне не особо нравилась, но за семь лет она приросла так, что хрен отдерешь.