То, что им небезразлично. Или, эй, вот мысль — возможно, они не захотят провести остаток своей жизни на Ледяной планете, производя голубых младенцев.

— Но ты счастлива здесь. Остальные здесь счастливы.

— Потому что мы полюбили друг друга, — шипит она, поглаживая дочь по волосам. — Это другое дело.

— Они тоже полюбят, — говорю я ей. — Как только они получат свои кхай, они найдут себе пару и будут счастливы. Все будет так, как должно быть.

Она пристально смотрит на меня, как будто мои слова шокируют ее.

— Ты бредишь. Такие вещи требуют времени. Ты купил рабов и привез их сюда, Бек. Как ты можешь не понимать, насколько это неправильно? — Она снова качает головой, а затем морщит лоб. — Это не то же самое, что когда были найдены Мэдди и Лейла. Я не могу поверить, что ты этого не понимаешь.

— Я не нарушал никаких правил, — говорю я им.

— Почему у нас должны быть правила, запрещающие покупать рабов? Это мирное место! — Шорши снова шипит, затем берет себя в руки и запечатлевает поцелуй на щеке дочери. — Может быть, тебе лучше еще раз посидеть у папы, Вэкка?

— Думаю, возможно, ее матери нужно продолжать держать ее на руках, — говорит Вэктал. — У меня прекрасный характер.

Шорши бросает на него сердитый взгляд, а затем снова поворачивается ко мне, все еще прижимая к себе дочь.

— Ты не нарушил ни одного правила только потому, что никто никогда не думал, что такое может возникнуть. Это было бы похоже на то, как если бы у нас были правила, запрещающие убивать или красть детей. Это дерьмо, которое ты не делаешь. — Она выделяет каждое слово сердитым произношением, похлопывая при этом по спинке свою маленькую дочь. — Я просто… Я просто не могу в это поверить, Бек. Я действительно не могу.

— Мы с моей парой обсудим наказание, — говорит мне Вэктал кислым голосом. Другая его дочь, Тали, подбегает к его ногам и протягивает кусок кожи, чтобы показать ему. Он рассеянно поднимает ее, притягивая к себе, и она начинает заплетать ему волосы в косу. — Я не знаю, что мы можем сделать, чтобы заставить тебя понять серьезность твоих действий, но не думай, что тебе это сойдет с рук.

Я медленно киваю, ожидая этого.

— Конечно, мой вождь. Я готов к любому твоему решению.

Однако Шорши не выглядит довольной. Возможно, потому, что последние несколько раз, когда Вэктал наказывал соплеменников, это заканчивалось не так сурово, как могло бы быть. Она наклоняет голову и изучает меня.

— Я должна спросить. Тебе привезли пять женщин, верно?

— И нашел ли ты отклик у кого-нибудь из них?

Я понимаю, к чему она клонит, и хмурюсь.

— Хорошо. — Горячность в ее тоне удивляет меня. Шорши всегда была приятным человеком.