В какой-то короткий, секундный момент на стилет попал солнечный луч, пробившийся сквозь ветви деревьев, и лезвие сверкнуло, брызнув во все стороны хищным, серебряным огнем, словно усмехнулось…

И от этого «оскала» смертоносного клинка Алису вдруг накрыло конкретно… В каком-то полусознательном состоянии она рванула бегом домой.

Хорошо хоть дверь никто на замки не запер, видимо, охранявшие ее ребята сорвались с места, получив сигнал тревоги, и лишь захлопнули дверь за собой.

Заскочив в квартиру, не раздеваясь и не останавливаясь, она вбежала в туалет, рванула вверх крышку унитаза и, рухнув на колени, вывернула итальянскому фарфоровому изделию всю свою душу вместе с ужасом и страхом.

Ей сразу же полегчало, а позывы прекратились так же резко, как и накатили. Совершенно обессилев от приступа страха и его последствий, она посидела пару минут на полу возле унитаза и, ухватившись за держатель с бумагой, тяжело поднялась, чувствуя себя разбитой и больной. С каким-то ожесточением принялась чистить зубы и, только прополаскивая рот, посмотрела на себя в зеркало и увидела, что все еще одета в куртку.

Она рванула в кухню, торопливо, с какой-то брезгливостью и подкатившей к горлу новой волной тошноты содрала с себя куртку, затолкала ту в помойное ведро, куда следом полетели и свитерок, и любимая шелковая маечка. Распахнула шкафчик, достала целебную наливочку, налила себе маленькую рюмочку и хлопнула залпом в один глоток.

Все! Хорошо! Теперь все будет хорошо!

– Всех на хрен! – провозгласила Алиса девиз дня и отправилась лежать в ванной – умиротворяться и лечить нервы, на поверку оказавшиеся не такими уж и крепкими, как ей казалось раньше.

Позвонил Гринец, поинтересоваться, как она себя чувствует и когда будет в состоянии давать показания. Алиса оповестила его о своем сегодняшнем девизе дня и сдержанно распрощалась, еле удержавшись, чтобы не послать конкретно. Долго и упорно звонил Борис, но Алиса сбрасывала его звонки, а вот звонок Шведова отклонять не стала, ответила, признавшись, что у нее форс какой-то прямо хреновый мажор, о котором сейчас она говорить не в состоянии и поведает все завтра.

Звонила дизайнер Лена, звонили строители, желавшие прямо немедленно забрать свои механизмы, – им, так же как и майору Гринцу, был оглашен ее сегодняшний конкретный девиз дня.

После часа лежания в горячей воде Алиса выбралась из ванны, чувствуя себя сваренной рыбиной, кое-как собрала себя в кучу и привела в более-менее приемлемый вид, оделась в любимые, уютные домашние вещички и пошла заваривать лечебный чаек."

"А когда чай, заполняя всю кухню своим потрясающим ароматом, заварился и она собралась уже налить его в любимую большую чашку, раздался дверной звонок.