Они встретились взглядами, Катя на несколько секунд нахмурилась, глядя на мужчину перед собой, который положил свою ладонь ей на лицо.

Вадим испугался, что она его не узнала, врач предупреждал его, что возможны последствия длительного пребывания без сознания, например, потеря памяти. Но затем, как будто первые проблески солнца после тёмной ночи, ее сверкающая сонная улыбка озарила лицо.

— Привет, Великан! А я тут уснула, пока тебя ждала. Ты чего так долго?

— Катя!

Он буквально упал на неё, обнимая ее тщедушное тельце, истощенное всеми ужасами, которые произошли за все эти недели. Вадим слегка приподнял Катю над койкой, просунув под неё руки и прижал к себе, уткнувшись лицом в ее шею. Она гладила его по затылку одной рукой и изо всех сил пыталась как можно крепче обнять другой, чтобы он почувствовал, что она с ним. Здесь и сейчас, живая.

Катя начала покрывать поцелуями его голову, попала в волосы, висок, немного в лоб, но он никак не хотел поднимать голову, чтобы она, наконец, поцеловала его в губы. И лишь, когда она почувствовала влагу на своей шее, она поняла, что он плачет. Великан был сильным слишком долго, теперь настало время побыть немного слабым. Катя позволила поплакать и себе. Дыша ему в ухо, она плакала от радости."

"— Великан, дай мне мятную конфетку из тумбочки. Будем с тобой целоваться…

Он тяжело вздохнул у её плеча и поднял, наконец голову, Катя вытерла с его щёк слёзы и вдруг нахмурилась, гладя его по бороде, которая стала длиннее и не только.

— У тебя виски поседели и волосы в бороде. Я точно три недели тут лежу?

— Да, но как будто три года.

— Всё хорошо, теперь всё хорошо.

— Да, теперь да… — шёпотом ответил он. — Ты у меня такая молодец! У нас теперь два сына! Ты…

Катя приложила ладошку к его губам.

— Я знаю, знаю. Мы ещё наговоримся об этом, позже. Я хочу побыть только с тобой. Я так скучала!

Вадим гладил ее по щеке и не мог оторвать взгляд от ее сияющих глаз.

— Я пока не хожу, возьми меня на руки, пожалуйста, посидим на диване. Так хочу к тебе на ручки.

Пока все остальные больные проводили тихий час во сне, двое в палате номер одиннадцать тихо наслаждались ощущением друг друга наяву. Почти не разговаривали, лишь снова пытались почувствовать друг друга и слова были не важны.

Он почти не ощущал ее веса на себе, настолько она исхудала за время, которое сначала была в плену, а потом лежала без сознания. Держа в руках ее точно также как своих детей, он смотрел на неё и не мог насмотреться, она улыбалась и обнимала его за шею.

Вадим всё никак не мог поверить, что ему это не снится. Последнее время ему снился один и тот же сон, что ему звонит врач и говорит, чтобы он срочно приехал, она проснулась. Но стоило ему появиться в ее палате, как её мама качала головой и говорила, что он опоздал — она уснула снова.