И чем больше она вглядывалась в снимки, тем сильнее становилась её тревога, нарастающая в груди. Откуда она? Спрашивала сама себя потерянная женщина, поглаживая грудную клетку, в которой не стало хватать места для дыхания.

Дрожащей рукой она взяла фотографию, где были запечатлены обе её девочки, за пару месяцев до того, как осталась одна. Катя скромно улыбалась, держа за руку старшую сестру, Карина же сияла ярче, чем стразы на её сценическом костюме. Ещё одно фото — сёстры рядом с Бубликом, счастливый пёс тыкался мокрым носом в ногу своей любимой из двух сестёр. Хоть её девочки и были для всех одинаковыми, для мамы они различались, как и для Бублика, который всегда выбирал Карину, полаивая на Катю и не давая ей себя тискать.

Фотографии дуэта резко оборвались. Осталась одна Катя — на сцене и в жизни. Ещё одно фото, Кате семнадцать лет, она около их дома, на лугу, играет с собакой. Бублик лижет ей лицо, а она смеётся.

Мила взглянула на больничную койку, хлопая глазами, потом снова посмотрела на фотографию с собакой.

— Бублик… — прошептала Мила и её губы задрожали. — Ты её узнал, а я нет…

* * *Там где она оказалась не было времени, не было имён, только бескрайняя зелень травы и синева неба. Девушка в белом платье с длинными рыжими волосами шла к опушке леса, откуда ей махали руками два белых силуэта. Она шла и шла, силуэты обретали очертания и стали будто её отражениями. Одна ещё девочка, вторая взрослая улыбчивая женщина.

Ей стало казаться, что она никогда до них не дойдёт, уж слишком долго она шла. Но вот она протянула к ним руки и они схватили её за её ладони.

— Потанцуем? — спросила её рыжая женщина.

— Давай, — ответило её отражение."

"Они кружились по лугу втроём, смеялись, путаясь в белых платьях, потом упали на траву и захохотали, рассматривая белые облака наверху. Над лугом пронёсся шёпот и произнёс имя «Карина» — три слога, шесть букв. Одна из женщин встрепенулась и поднялась над травой, оглядываясь вокруг.

— Что это? — спросила она.

— Мама тебя зовёт, — ответила девочка.

Она встала рядом с ней и крепко обняла, как и другая рыжая женщина.

— Тебе нужно идти, — тихо сказала женщина ей под ухом.

— А вы?

— Мы остаемся здесь, будем тебя ждать, — улыбнулась ей девочка. — А ты иди, мама. Тебя там тоже ждут. Мы ещё встретимся.

Сильный толчок в грудь и её будто вытолкнуло на поверхность со дна моря прямо наверх. К свету и жизни, которая ещё не закончилась.

Глава 49. Странная семейка Крымских

Почти три недели он жил как в петле времени, проживая один и тот же день снова и снова. Утром к нему приезжали кто-то из родственников Кати, чтобы посидеть с детьми, пока он едет на работу, решить неотложные дела, если они были.