Пауза затягивалась, но Генрих умел ждать, и потому Саймон все же заговорил первым:

– Я всегда чтил тебя скорее как отца, чем как просто старшего друга. Но сейчас я скажу, возможно, очень неприятную вещь. Ты помнишь, сколько лет тебе самому?

– Помню, – процедил граф.

Очень, очень много лет. Да в конце концов, какое его дело! Генрих любит эту девушку, любит так, как не способен любить ни один мальчишка. И может дать ей то, что не смогут мальчишки, у которых ветер в голове. Искреннюю заботу. Спокойное тепло семейного очага. Жизнь без тревог и волнений. А она сможет приумножить его силу.

– Прости за грубость, но это мое дело. Жена господина Гайвази младше его на сорок лет. Или что дозволено художнику – не дозволено солдату?

– Жена господина Гайвази – проблемы господина Гайвази, речь о тебе. И о девушке, годящейся тебе во внучки.

– Это касается только меня, ее и ее отца.

– Когда она пропала и что этому предшествовало? – снова помедлив, спросил Саймон.

– Пять дней назад. Мы пришли к соглашению с ее отцом, и он обещал сообщить ей, что помолвка будет объявлена на следующий день.

– К чему такая спешка.

Ты… был с ней?

– За кого ты меня принимаешь! – делано возмутился Генрих. – Ее отец решил, что нечего тянуть.

Слишком уж насели кредиторы. Удивительно, что Элмер сумел оплатить дочери учебу. Впрочем, Генрих и сам не хотел тянуть.

– И то, что она исчезла из дома, узнав о предстоящей помолвке, не навело тебя ни на какие мысли? – настаивал дознаватель.

– У юных барышень ветер в голове. Где она?!

Саймон снова откинулся на стуле. Лицо его стало и вовсе нечитаемым.

– Исключительно из уважения к тебе и нашей дружбе я оставлю этот разговор между нами.

Послушай меня. Отступись. Император положил глаз на эту девушку.

Уголь в груди, что ворочался со времени разговора с бароном, превратился в пожар, выжигающий воздух в легких. Проклятье! Какая жалость, что до мальчишки не смогли вовремя дотянуться!

Генрих не сразу сумел вдохнуть. Не сразу подобрал слова.

– Она здесь?

Заинтересовался император или его дракон? Если второе – Мелани нужно немедленно вытаскивать из дворца.

– Да, она здесь. И как любая из участниц императорского отбора покинет дворец, только если не пройдет испытание или по собственной воле.

Ни ты, ни ее отец не сможете забрать ее отсюда.

– А ты? Можешь мне помочь?

Голос Саймона, казалось, мог заморозить половину столицы:

– Я выполняю свой долг и не нарушу его.

– Не знал, что твой долг – подкладывать под императора чужих невест.

Дознаватель поднялся.

– Был рад нашей встрече, граф. К сожалению, дела не ждут.

Генрих погасил пламя, прорвавшееся на кончики пальцев. Император! Такой же мальчишка, как и все остальные! Ничего. Еще посмотрим, чья возьмет.