Только от понимания было не легче.

Бок стягивала рана, кожа противно зудела от крови. Левая рука еле двигалась, кажется, сломанная. Синяки, ссадины и ожоги и учитывать не стоило, как и то, что силы стремительно таяли. Робин проигрывал и знал это. Только выбора у него не оставалось. Там, за спиной некроманта, в темной избушке, словно пришедшей из страшных сказок, была Мелани. Значит, надо держаться. Держаться и искать возможность победить.

Графу, впрочем, тоже досталось – половину лица заливала кровь. Быстро двигаться он перестал, подволакивая левую ногу, и Робин, пользуясь этим, метался по поляне, точно бешеный заяц, норовя зайти то вбок, то за спину.

Пару раз граф пытался поднять мертвецов – неужели на этой поляне еще остались неупокоенные? – но Робин оба раза успевал заметить и вовремя разорвать заклинание. Хорошо, что изначальных тварей мерзавец не призовет. Ритуал хоть и не был сложным, требовал полного сосредоточения, а сосредоточиться Робин противнику не давал. Впрочем, и сам не успевал собрать что-то сложное.

В горячке боя император не сразу почуял пустоту в сознании. А когда осознал ее – похолодел.

В прошлый раз дракон отгородился от него, когда перестал слышать Мелани. Отгородился, поняв, что человек не выдержит такого накала эмоций. Так что случилось сейчас? Он потянулся к Эрвину, на пару мгновений забыв обо всем, – и его скрутило болью, отчаянием и горем. Нет! Это некромант пробил ментальные щиты и…

Граф возможности не упустил – воздушный таран вмял Робина в дерево, круша ребра и сминая внутренности. Одна ошибка стоила ему жизни. Впрочем, если эмоции дракона, которые он ощутил, не были наведены некромантом, то уже все равно…

Нет, не все равно! Даже если он сам обречен, этот гад не будет торжествовать! Теряя сознание от боли и невозможности дышать, император все же потянулся к магии, отчетливо понимая, что его добьют прежде, чем получится собрать заклинание.

Он сам не понял, что произошло. Откуда взялся этот поток силы, что омыл его, точно родниковой водой. Разом прояснилось в глазах, и изумленный вздох не отозвался болью.

Заклинание сложилось легко, как на полигоне. Да у него и на полигоне не получалось так быстро и чисто – настолько стремительно, что некромант даже не попытался ни сбить заклинание, ни уклониться.

Его скрутило, будто белье в руках прачки, обрывая крик. Захрустели кости, брызнула кровь, и вскоре все было кончено.

Робин провел ладонью по боку, не веря себе. Подсыхающая кровь склеила кожу, но раны не осталось. Ничего не болело. И голова была ясной.

Значит, Мелани жива. Жива! Просто некромант нашел способ его достать. Император бы не поверил ни словам, ни иллюзии, а отсутствующему дракону – или тому, что он за него принял, – поверил сразу.