– Готовить не надо, – строгим голосом сообщила Лиза и предложила: – Пообедаешь со мной? Правда, у меня очень простая еда: гречневая каша с грибами и свежие огурцы.

– Роскошная, – продолжал усмехаться Протасов.

Ели они быстро и мало говорили: обменялись дежурными замечаниями о погоде, о том, какое выдалось жаркое лето, о загородных пробках, о Крыме и как, наверное, классно там сейчас… И все это время Лиза ужасно нервничала и чувствовала, как ее поколачивает, и старалась незаметно рассматривать Глеба, и изнывала внутри, понимая, как сильно по нему соскучилась! Но, слава богу, этот обед закончился, и, сложив посуду в мойку, решив, что потом помоет, она пошла переодеваться. А, оказавшись в своей комнате, рухнула в кресло, прикрыла глаза рукой и перевела, наконец, дух, и принялась думать, что бы такое надеть, чтоб скрыть свое положение.

Остановила выбор на легких бриджах и тонкой широкой блузе без рукавов, как нельзя лучше скрывавшей все, что требовалось, а для пущей конспирации прихватила еще и большую сумку, которую повесила на плечо, закрываясь ею, как щитом.

Лиза не обращала внимания и не замечала, куда и как они едут, старалась поддерживать светскую беседу, улыбалась и не могла оторвать от него глаз, все смотрела и смотрела на его руки, движения, выражение его лица и тонула в нем погибельно…

Глеб рассказывал про Веру с Колей, про их мальчишек, проводящих каникулы на хуторе, про Витяя и его подопечных, про то, что Зорька носит жеребенка, а Малыш ее опекает и охраняет, и они все ужасно за нее волнуются, о том, что вытворила Лишайка, и о погоревшем от жары урожае клубники… Говорил и не слушал сам себя, и смотрел на Лизу, и понимал, как сильно, мучительно по ней истосковался и соскучился.

Четыре месяца! Они не виделись четыре месяца!

Ему нестерпимо хотелось обнять ее, прижать к себе сильно и зацеловать до головокружения, и больше не отпускать, и… и он останавливал свои фантазии, возвращаясь в действительность.

Лиза сообразила, что они проехали уже больше часа, когда зазвонил ее смартфон, – звонила ее коллега. Пока она разговаривала, то все пыталась рассмотреть дорожные указатели и хоть приблизительно сообразить, куда вообще они едут, но так ничего и не поняла.

– А куда мы едем? – спросила она у Глеба, закончив разговор по телефону.

– Почти приехали, – ушел от прямого ответа он.

Они свернули на неширокую, но добротную дорогу, которую скоро преградили шлагбаум и будка охранника. Протасов показал сторожу какую-то бумагу, сторож рысцой вернулся в будку и открыл им шлагбаум, пропуская на территорию.

Лиза почему-то не стала задавать вопросов, она рассматривала участки и дома за заборами, мимо которых они проезжали.