– Но это же…

– Так, Гриб! Ты либо идешь, либо ноешь! – прикрикнула Настя. – И, если что, входная дверь не была заперта. И я громко кричала, ко-гда заходила сюда в первый раз. Здесь никого нет. И давно никто не живет.

В этом он убедился и сам, обходя следом за Настей комнату за комнатой.

Везде слой пыли. Пустые шкафы с вереницей голых вешалок на перекладинах. Никаких комнатных тапок у входа. Холодильник в кухне отключен и раскрыт, зияет пустыми полками. Кухонные шкафы тоже не порадовали. Ни единой корки хлеба. Зато в спальне на полу лежала рамка с фотографией. Стекло было разбито так тщательно, на такие мелкие куски, что рассмотреть, кто на фото, было просто так невозможно.

Зацепив край шторы, Настя обхватила рамку, подняла ее, стряхнула стекла на пол. И выругалась:

– Твою же мать! Гриб, иди сюда! Смотри!

Фото было свадебным. С него на Валеру смотрела молодая красивая пара. Улыбка на лице невесты делала ее настолько красивой, что у него сердце заныло.

– Какая красавица! – вырвалось у него. – Это она, Лариса Артюхова? А рядом с ней?

– Ее муж. И бывший парень моей подруги Саши – Григорий Артюхов. Очень красивая пара, – нехотя констатировала она.

 – И у меня вопрос: куда подевалась эта красивая пара? В том смысле, почему не вместе? Он бросил ее, как только у нее начались проблемы с внешностью?

– Еще надо разобраться, из-за кого она пострадала, – мрачно изрек Грибов. – Может, ей плеснула в лицо какая-нибудь его любовница. Судя по всему, он донжуан чертов!

Они обошли весь дом еще пару раз, спускались в подвал, который тоже был незаперт. Прошлись по заросшему саду. Никаких следов присутствия. Никаких намеков на то, что тут кто-то недавно побывал.

– Понравится Смотрову или нет, но придется идти по соседям.

Нужна информация, Гриб.

– А самого Артюхова допросить?

– Основания есть? То, что он одной моей подруге изменил с другой моей подругой, еще не делает его виновным.

– Так он же приходил к артистке за час до ее самоубийства. Водку ей покупал.

– И что? – Настя покусала губы, выходя через ворота с участка Артюховых следом за Грибовым. – Кто это видел, кроме ошалевшей от одиночества тетки? Никто. Ее слова против его. А он точно будет отрицать. Не дурак. Ему нечего предъявить, Валера.

Он так растрогался, что она назвала его по имени, что чуть не поцеловал ее в макушку.

Вовремя отступил. Получил бы по башке, как пить дать. Настя как раз надавила кнопку домофона соседних ворот. И уже начала с кем-то переговариваться.

– Я видела, как вы по соседнему участку шныряли, – начала с подозрительных аккордов женщина, судя по голосу, не совсем молодая.

– Вынужденная мера, – кратко ответила Настя. – Там никто не живет. И уже давно. Мы разыскиваем хозяев этого дома.

– Зачем? – прицепилась женщина, не торопясь открывать.