Бабушка говорила, что были годы, когда высшие лорды целенаправленно отделяли всех забитых и нервных детей в отдельные учебные заведения. Но получилось еще хуже — единицы менталистов среди отобранных практически сходили с ума от такого соседства и совсем не вырабатывали социальных навыков общения. После такого провала Холмы распустили спецшколы и вернулись к обычной поздней диагностике талантов на последних классах школы.

Если на фотографии был Владимир, пусть и под другой фамилией, ему точно пришлось не сладко, учитывая кто именно волею случая оказался с ним в одном классе.

Подружившиеся альфы — большая редкость для оборотней и огромная беда для всех остальных. Скорее всего в этом классе обычные люди даже не существовали, а — выживали.

И, могу поклясться, труднее всего в атмосфере давления, издевательств и всеобщего страха было юному менталисту.

— Еще будут вопросы или я могу вернуться к своим обязанностям хозяина? — спросил Вэй. Фотография его не расстроила. И опознание Владимира не сопровождалось яркими эмоциями. Альфа понятия не имел с чего мы к нему прицепились и подчеркнуто выказывал уважение скорее к статусу Фаворры в Холмах, нежели к полицейскому рангу.

Если он назвал Диего Десятым, значит изначально крыс отказывался общаться и тигру пришлось вытащить на свет все имеющиеся регалии.

— Да, пока вопросов нет. Еще встретимся в вип-зале, — вежливо ответил Диего с едва заметным наклоном головы.

Он сохранил каменное выражение лица, когда альфа подмигнул мне при прощании.

Обнаглевший крыс качнулся вперед и приподнял ладонь, намекая, что не прочь облобызать мне руку. Не дождавшись моей встречной реакции, мужчина не смутился, расплываясь в мягкой, довольной улыбке.

На мгновение между губ змеей мелькнул тонкий язык. А меня ошпарило чужим предвкушением.

Да твою ж… Ему что? Понравилось, что я не отвечаю интересом? Что держусь отстраненно?

Этот сукин сын не скрывал эмоций, провоцируя и ни сколько не переживая, что его считывают.

— Он обязательно попробует с тобой поговорить, — сказал Фаворра, глядя вслед неспешно удаляющемуся Дон Вэю. — Наедине.

— Гордон Дюран говорил, что они подростками любили девушек-менталисток.

Им нравилось, как те реагируют на феромоны и невольно заражаются чужим возбуждением. И… что думаешь по этому поводу? — тихо спросила я.

— Ты считаешь я сейчас могу думать? — ровно ответил Фаворра.

Под звон бокалов и смех он неспеша осмотрел зал, общающихся перед турниром гостей. Кивнул кому-то приветственно. Эта размеренность пугала — тигр что-то задумал и не факт, что мне это понравится.

— Нам лучше подготовиться. Иди в зеленый проход справа от стойки с десертами.