— Ух ты… Почему ты раньше не показал мне этот уничтожитель запахов? — восхитилась лиса, ловко повторяя упражнение. 

— Потому что у тебя и этой малости не было. И у меня тоже. — Пусть я не показывал собственной радости, внутри у меня все буквально пылало от счастья. Да, всего лишь банальная чистка… Но это была моя ци! И пусть она была странного фиолетового цвета, но она была! Это… это как… восстать из мертвых! — Видишь, я очень полезный муж. 

— То есть без свадьбы ты бы мне этого не показал? — слегка обиженно взглянула на меня Янли.

— Ну… показал бы, — кивнул я.

Действительно показал бы, как-никак она все равно была моей ученицей. — Но тем не менее я хороший и полезный муж. Только вот второе одеяние тебе придется очистить самой. Весь лимит доступной мне свободной энергии я почти выбрал. Остальная уходит на поддержание организма. 

— Да я уже. Не воняет вроде. Раздевайся, — привычно попыталась приказать мне… невеста.

— Сначала три поклона, ты не забыла? Но я рад, что ты настолько нетерпелива. — Я едва сдержал улыбку, чуть приподняв бровь.

— Обойдешься, — съехидничала девушка. — Надевай вот это все красное.

И эту пакость на голову — тоже тебе оставим. 

Вот так, споря и препираясь, отчего мое настроение неожиданно ползло вверх и вверх, мы помогали друг другу облачиться в алый шелк. Правда, надевать золотую тиару Янли отказалась наотрез, заявив, что ее голова дорога ей как память об умных мыслях, а от этого «горшка с цветочками» она сразу отвалится. 

Это все было ужасно неправильно с точки зрения всех обычаев, но у нас с самого начала все шло такими кривыми и незнакомыми путями, что я решил не обращать внимания на мелочи.

Подумаешь, невесту должны были облачать служанки и родственницы. А жениху вообще не положено ее видеть до того момента, как после свадьбы мы разделим в спальне ритуальное вино и я сниму с нее вуаль… Эту самую вуаль лисица попыталась повесить на меня прямо поверх «золотого горшка». Пришлось сопротивляться, а то, боюсь, столько попранных традиций даже лояльные к Янли родственники не потерпят. Слава небу, отбился и от тиары, и от вуали.

— Сверху еще вот эту накидку. И ты забыла надеть серьги. 

— Их под занавеской все равно не будет видно, — отмахнулась Янли.

— Да чтоб вас! Опять вонючки!

— Это свадебный паланкин, — поправил я, выглянув во двор. — Тебе пора ехать.

— Куда ехать, они там все с ума, что ли, посходили? До главного зала меньше ста шагов! — продолжала возмущаться лисица. 

— Так положено. Невеста должна прибыть на собственную свадьбу в паланкине. — Я покосился на «дань традициям» с неким сомнением. С самого начала наша свадьба нарушала все, что можно и что нельзя, начиная от сроков и заканчивая положенными ритуалами.