– Ведь нападение на Меркальского расследовалось, значит, он имел дело с полицией. Корчакова могла сказать, что появились новые данные и ей нужно с ним поговорить. Конечно, он не узнал в ней девочку из приюта.

– Где она взяла молоток? – спросил Дремин.

– Да где угодно. Дома, например. Купила в любом строительном магазине. Дело в другом: такая версия объясняет все события. Вы согласны?

– В принципе, да, – ответил Дремин. – Потом, значит, Корчакова вернулась, как ни в чем не бывало, и решила связаться с нами? Мол, я законопослушная гражданочка, и скрывать мне нечего.

– Да. Дескать, ей надо было все обдумать накануне свадьбы. Она считала, что сделала свое дело: теперь она и ее подруги в безопасности, ведь Меркальский мертв. И тут мы ее ошарашили сообщением о смерти Иртемьева. Если она убила преступника, то кто его прикончил?

– Ну, это ее первая реакция, – возразил Дремин. – Потом она могла решить, что Иртемьева убил кто-то другой.

– Могла, – согласился Самсонов. – И мы знаем, что так и было. Иртемьева убил не Меркальский, а тот, кого он шантажировал. Настоящий убийца.

И Корчакова с подругами вовсе не в безопасности. Психолога она грохнула напрасно.

Полицейские помолчали. Потом Рогожин сказал:

– Остается выяснить только одно.

– Да, – подхватил Дремин. – Кто убил Симохину и Пахомову.

Самсонов проверял электронную почту. Как он и ожидал, на ящик пришло послание от Полтавина – сразу два отчета: по смерти Меркальского и по убийству Иртемьева. Ничего особенного в них не было. Нож, которым убийца отрезал куски от Иртемьева, он взял на кухне – там обнаружили еще три из того же набора. Им же он и прикончил его, нанеся удар в сердце, когда в дверь позвонил Самсонов.

Старший лейтенант прервал «кормление» шантажиста его же собственным телом, а оставлять Иртемьева в живых в планы преступника не входило. Поэтому он вспорол Иртемьеву живот, размотал по полу внутренности, а затем добил свою жертву ударом в сердце. На ковре было полно крови, но убийца, по-видимому, в нее не наступал. Кроме того, он, вероятно, надевал бахилы, так как на ворсе не осталось следов уличной обуви. Самсонов попытался вспомнить, были ли на том, за кем он гнался по лестнице, бахилы, но не смог.

Старший лейтенант отложил отчет по Иртемьеву и занялся результатами вскрытия Меркальского. Здесь сразу чувствовалась другая рука. Убийца психолога был не так предусмотрителен. Он бил психолога по голове, а брызги крови, осколки черепа и кусочки мозга летели во все стороны. Если убийца не надел пластиковый комбинезон вроде тех, которые носят криминалисты, он должен был весь оказаться в крови.

Закончив дело, преступник бросил молоток и ушел.