Голое тело Иртемьева она покрывала почти полностью, под стулом блестела алая лужа, в которую с чавкающим звуком продолжали падать капли.

Самсонову вспомнился «Венецианский купец» Шекспира – та сцена, где Антонио обещает позволить вырезать из своего тела фунт мяса, если не вернет долг Шейлоку. Убийца не случайно выбрал такой способ пытки – в этом Самсонов не сомневался.

Преступник согласился заплатить Иртемьеву и явился к нему домой, но вместо денег устроил представление для двоих. Можно даже сказать, поздний ужин в тесном кругу. Он не принес с собой деньги, потому что не собирался платить ни при каких условиях.

Пошел ва-банк и победил. Конечно, бумаги, касающиеся усыновлений, а значит, содержащие имя убийцы, теперь были у него. Оставался вопрос, каким образом Иртемьев догадался, кто из усыновленных мальчиков стал преступником. Почему он связался именно с ним? Что было в этих документах?

Запиликал домофон, и Самсонову пришлось отправиться в прихожую. Это оказались криминалисты, которых прислал Полтавин. Полицейский впустил их в парадную и остался ждать в коридоре.

Возвращаться в комнату, где был труп, смысла не было: теперь надо дождаться результатов осмотра и экспертизы.

Самсонов достал из кармана треников телефон и хотел набрать номер Дремина, но передумал: зачем мешать подчиненному спать? Все равно до завтра они уже ничего не сделают. Унять охотничий азарт, успокоиться, может быть, даже поехать домой и вздремнуть хоть пару часов.

Дверь открылась, и на пороге возникли криминалисты в своих прозрачных пластиковых комбинезонах.

– Там, – показал Самсонов.

 – Во второй комнате.

Кремниева устало упала на кровать, раскинув руки, и закрыла глаза. Как же ее достали эти писатели! Целых три часа ей пришлось делать вид, что она польщена, восхищена и ошарашена, – именно такую инструкцию она получила от Дениса. Ему такие встречи, похоже, давались легко – наверное, привык, а может, ему просто нравилось пудрить людям мозги. А вообще, это была его работа, так что…

Кремниева не стала додумывать эту мысль до конца. Она была счастлива замужем, это был ее второй брак, и очень удачный.

Если Денису захотелось взять ее с собой и показать, как он управляется с целой кучей народа, ради бога. Она готова даже на это. Сам он остался с писателями и должен был вернуться не раньше утра. Кремниева уехала раньше: во-первых, она не любила оставлять дочку надолго, пусть даже с бабушкой, во-вторых, почувствовала, что просто не выдержит еще полчаса в этой толпе незнакомых ей людей.

Кремниева перевела взгляд с потолка на стены, оклеенные обоями с аляповатыми бамбуковыми зарослями.