Отец обижается, что я редко его навещаю.

— Если ты не хочешь, мы не пойдем, — проходится руками по моим бокам, щекотно. Смеюсь.

— Нет, давай сходим ненадолго.

— Хорошо, — кивает Эмин, откладывая крем.

Устраиваюсь удобнее рядом с ним, заглядывая в планшет. Там сплошные цифры и графики. Лениво листаю каналы.

— Ну что, назовем сына Давид? — хихикаю я. — Как наказала Ева.

— Нет, — качает головой Эмин. — С ее женихами я разберусь в понедельник.

Строгий.

— Ой, только не нужно всех распугивать, — смеюсь, когда Эмин хмурится. Мой муж откладывает планшет на тумбу, обнимает меня, укладывая себе на грудь.

— Давай, включай свои сериалы или что ты там смотришь.

Листаю каналы, останавливаюсь на кулинарном шоу. А там тушат мидии в сливочном соусе. Рот наполняется слюной, я даже представляю их вкус. Никогда не любила мидии, а сейчас хочу их немедленно.

— Эмин…

— Да понял я, — смеётся он. Берет телефон, набирая доставку. — Одну порцию?

— Если ты не хочешь, то да. И вишнёвый щербет?

Кивает, делает заказ.

— Мой сын – гурман, — наклоняется, целуя мой живот через футболку. — Мой, мальчик, мой наследник, — с гордостью произносит Эмин. Надо было видеть его эмоции, когда на УЗИ нам сообщили пол ребёнка. Это незабываемые моменты.

Мой муж не умеет выражать эмоции словами, но у него это очень хорошо получается делать тактильно. Мы чувствуем друг друга через прикосновения, горячее дыхание в шею по ночам, через поцелуи на ночь, через моменты, когда он помогает мне застегнуть босоножки, чего я сама не могу сделать из-за живота. Через его заботу, когда он по десять раз в день интересуется, какое у меня давление и выпила ли я витамины, через его помощь с моим бизнесом. И еще очень много ситуаций, в которых он невербально говорит мне: «Я тебя люблю»."