– Проговорил и посмотрел, в ожидании ответного взгляда. Не дождался. Стерпел, выдохнул. – Адашев очень недоволен нашим отказом. Не мне объяснять, что последует ответ.

Ильдар снова пожал плечами. Не менее безразлично.

– А ты лежбище здесь устроил! – Прорычал. – Дождёшься!

– Он ничего не сделает.

– Правда, так считаешь?!

– Ему нечего поставить против меня.

– А он не перед большими людьми распинаться собирается. Твоей Лоры будет достаточно. Сам знаешь…

– Я не собираюсь расхлёбывать последствия. Она меня и сейчас не слушает. Девочка выросла.

Причём очень быстро. И проблемы у нас, Ильдар, будут общие. – Прикрикнул.

– Проблем не будет. Я сам поговорю с ней.

– Когда? Я спрашиваю не из любопытства. Я уже сейчас знать хочу, что меня ожидает завтра.

– Расслабься и получай удовольствие. – Пошло усмехнувшись, Ильдар, вымещая злобу в силу, упёрся кулаками в подоконник. – Возьми свою Ксюху под бок, помни хорошенько… а с Лорой я разберусь.

– Она не будет с тобой разговаривать. – Проговорил с давлением в голосе.

– Не сегодня… Завтра, может.

– Отлично! – Неожиданно приободрившись, Гатило даже по плечу Ильдара похлопал, не обращая внимания на то, как его перекосило.

 – Я сейчас в офис, но имей в виду, – ткнул в грудь пальцем, – если ты завтра не появишься…

– Буду с утра. Быстро всё порешаю…

– Быстро не получится. – Обрубил. – Часа два планируй. А то и три. Тебя видеть хотят. – Нахмурился. – Среди людей слухи разные ходят. Про тебя и про меня в том числе. – Пояснил, многозначительно глянув. – А некоторые уже нацелились рвать! Осилить они, конечно, не осилят, но нервы подпортят.

Да и освежишься… Сам на себя не похож… – Добавил не понятно к чему и мельком глянул искоса. – В фонде появиться нужно. Рома звонил: та же хрень. Как мыши расползаются. – Процедил сквозь зубы, сжимая кулаки. – Если бы было можно, Лорку твою бросил бы туда. И ей полезно, и этим зарвавшимся спуску не даст… Только между собой разберитесь! – Высказал с явным намёком. – Я прошу тебя. – Добавил эмоционально, но по-дружески. Снова хлопнул по плечу. В этот раз на прощание. И ушёл, оставляя наедине с мыслями.

Видел, что из последних сил держится, что на части разорваться готов.

А заставить вывернуть всё это наружу… наверно, было бы нечестно. Себя в его годы помнил, когда вот также над могилами склонил голову. Никого видеть не хотелось. Ильдару легче и сложнее одновременно. Легче, потому что не один, а сложнее… оттого что теперь ответ держать будет за то, что не уберёг. Самому Гастило ответить было не перед кем…

Время летело быстрее, когда дело шло на поправку. Два дня назад сняли швы. Только вот домой не хотелось.