------------------

Я не знала, чем занять себя здесь, потому что, как мы и планировали с Драсом в самом начале, Сорис стал военным лагерем, среди которого жили люди. Мы объехали все форпосты по берегу. Если не мог Драс, со мной и Сигой всегда был Гор. Парень перестал смотреть на меня косо как в первые дни, и, похоже, принял меня за одного из своих дружинников.

Вглядываясь в горизонт, я вспоминала как смотрела так же, только, с другой стороны моря. Через неделю стало спокойнее, ушла тревога, и вернулся крепкий и здоровый сон. В первые дни Драс сидел в моей комнате пока я засну. Сейчас мы с Сигой ежедневно занимались кухней, я пыталась усовершенствовать систему, которую создал Драс. Мне не хватало письменности и нормального счета.

Однажды вечером, когда в большом доме были почти все дружинники кроме тех, что ушли на север и дежурили на форпостах, я вышла в большую комнату, и сказала, что, если есть те, кто знает, как называется число больше десяти, пусть скажет. Все молчали, но внимание на меня обратили. Два стола, за которыми ужинали сейчас дружинники, погрузились в тишину.

— Я знаю сколько сейчас в доме человек. И если придет корабль, я смогу посчитать всех, и точно сказать вам, вы тоже должны это знать, — в моем новом мире нет письменности, но есть очень много веток, пожалуй, начнем с этого.

Драс стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. Когда я замолчала, он, словно случайно, прошел мимо меня к печи, и шепнул, проходя:

— Теперь я уверен, что наша Сири вернулась, дерзай, сейчас они послушают тебя, даже если скажешь, что земля не плавает в огромных водах как большие острова, — он налил отвара, и сел за ближайший ко мне стол.

— Сначала я скажу зачем вам это надо, — я отодвинула с края стола кружки, и высыпала из тряпки на стол ровно сто палочек сантиметров по двадцать. — Скажите, если это таары, и они сошли с лапаха, сколько понадобится человек, чтобы всех взять в плен?"

"— Много, надо всех собирать, и с дальних форпостов тоже срочно звать, — выкрикивали люди, что встали из-за второго стола, и перешли к нашему, где палочки на столе люди пытались разложить пачками по десять штук. Отлично, хоть про десятки объяснять не придется.

— А если не так много, а скажем, вот столько, как вы скажете всем — сколько человек выходят с лапаха? — взяла двадцать пять палочек, и положила грудой.

Они снова разложили по десять, и пять положили отдельно.

— Десять, десять и пять, — крикнул кто-то из дружины.

— А если сказать одним словом, которое обозначит всех? — я обвела взглядом толпу.

— Нет такого слова, — это Драс решил разрядить обстановку, и похоже, понял ход моих мыслей.

— Это двадцать пять, и сейчас я расскажу, почему, — мне предстоял тяжелый вечер, но начинать нужно было обязательно.