Аида почувствовала, как к ней возвращается власть над собственным телом и с облегчением пошевелилась.

- А как ты будешь лечить? – С любопытством спросила она.

- Увидишь, - Дэн был сама загадочность. – Перемещайся ко мне.

- Сейчас? – Удивилась девушка.

- Да. И не медли. А то покусаю.

Аида сделала вид, что испугалась и привычно нащупала золотистый тоннель.

- Как думаешь, она бредила, упомянув какого-то Дэна? – Аран сидел в своём кабинете, неприлично закинув ноги на стол. Пока подданные не видят, можно позволить себе расслабиться.

- Вряд ли, - Туман полулежал на диване, хитро глядя на друга.

– Когда я спросил об этом в лоб, она заметно растерялась.

- Покажи? – Совсем по-мальчишески воскликнул вождь, вскакивая на ноги.

Туман насмешливо покачал головой, но позволил сесть рядом и заглянуть себе в глаза. В отличие от всех остальных, он мог контролировать вмешательство Арана в разум и позволял ему увидеть только то, что хотел сам.

- Да, ты прав. Она действительно заволновалась. И каков был ответ?

- Нас отвлекли, а я не стал переспрашивать. И так ведь ясно, что малышка будет изворачиваться и врать. Мне просто хотелось увидеть реакцию на вопрос.

- Дэн, Дэн… что-то знакомое. Как будто я где-то слышал это имя раньше.

- Я тоже, - кивнул Туман. – Оно иногда упоминается в старых книгах. «Дэн» или «Дан» обозначает в переводе с древнего языка «судящий, судья». Так раньше обращались к служителям закона.

Аран слегка вздрогнул, вспомнив воспоминания девочки, в которых вождь увидел дружеское общение Аиды с Великим богом.

- Мало ли подобных имён, - внешне беспечно отозвался он. – Многие берут свои корни из давних времён.

- Согласен, - пожал плечами Туман. – Однако меня беспокоит упоминание об испытаниях.

И о древнем. Хотел бы я знать, что имела в виду Аида.

- Когда-нибудь, возможно, узнаем. Похоже, мы и так слишком давим на неё. Сегодня она призналась, что ужасно устала быть постоянно начеку и ждать от нас подвоха.

Туман задумался. Обычно он не старался казаться милым, и окружающим приходилось мириться с этим. Однако в душе почти всегда царило ледяное спокойствие. С Аидой же самообладание парня постоянно висело на волоске. Демон внутри бушевал, требуя удовлетворения похоти. К этому примешивалось его собственное желание, острое, как наточенный нож.

И ещё одно непреодолимое чувство. Но, несмотря ни на что, поглощающий сущность держался и терпеливо ждал, пока девушка сама сделает шаг навстречу. Следствием всего этого стала неподражаемо-едкая манера речи, в которой тесно смешалась страсть и насмешка над собой.

- Да, похоже, я не самый приятный собеседник, - вынужденно согласился он.

- Вот-вот. Я вообще тебя с трудом терплю, - серьёзно подтвердил вождь, чтобы через секунду с хохотом увернуться от ленивого пинка.