На очередном пируэте я оказался за спиной монстра и вогнал духовный меч по самую рукоять меж покатых лопаток. Лилия заверещала дурным голосом и забилась, пытаясь откинуть меня. Но куда там! Я уже вливал в ее извивающееся тело очищающее пламя, выжигая скверну изнутри.

Прости, Лилия… Лекарства порой горьки… Я знаю, что тебя этим не убить… Придется потерпеть.

Чудовище ревело и корчилось в моей хватке, изрыгая проклятья вперемешку с черной кровью. Чешуя шипела и лопалась, обнажая гноящиеся язвы, кости трещали и крошились. Бездна внутри Лилии сопротивлялась изо всех сил, не желая отпускать жертву.

Но я был упорен и стоек.

Лилия обмякла в моих руках, потеряв сознание. Я бережно подхватил девушку и, прижав к груди, шагнул в мерцающий зев Разлома.

Позади с утробным урчанием пировало ненасытное Ничто, пожирая остатки рушащегося мира. Но мне уже не было до этого дела. Я устремил взгляд вперед — туда, где за дымкой виднелись родные зеленые кроны и синее безоблачное небо.

Миг — и Разлом схлопнулся за спиной с тихим вибрирующим звуком. Будто и не было всего этого кошмара, всей этой изматывающей борьбы.

Мы вывалились на залитую солнцем поляну, в окружении мирно шелестящих дубов и берез.

Я опустил Лилию на мягкую траву и, достав амулет-мозаику, быстро набрал на нем замысловатую комбинацию символов. Приложил артефакт ко лбу девушки и зашептал древние слова. Вспышка ослепительного света — и Лилия преобразилась. Бездна схлынула с ее тела, словно смытая очищающим потоком.

Теперь передо мной лежала юная дева неземной красоты. Белоснежные волчьи ушки трогательно подрагивали, пушистый хвост обвился вокруг стройных ног, обтянутых мехом.

На прекрасном лице застыла безмятежная улыбка, дыхание было ровным и глубоким. Казалось, Лилия видит прекрасные сны.

Я почувствовал сильное жжение на запястье. Амулет-мозаика вплавился в мою кожу, превратившись в замысловатую татуировку на моей руке. Теперь он навеки стал частью меня, вплавился в систему моих духовных потоков. Такова цена, которую я заплатил, чтобы надежно запечатать безумие подруги. Пока я не найду способ исцелить ее окончательно, печать будет сдерживать разрушительные порывы. Уж лучше так, чем вновь позволить Лилии навредить себе и другим.

Ну и небольшой плюс — теперь спереть амулет можно только вместе с моей рукой. Привет, Алайя, как ты там?

В этот момент девушка сладко потянулась и открыла глаза. Расплылась в очаровательной улыбке, сверкнув белоснежными клыками. А потом вдруг резво вскочила на четвереньки и запрыгала вокруг меня, повизгивая от восторга и мотая хвостом.

— Лили, погоди! Щекотно же! — захохотал я, пытаясь увернуться от шершавого языка, который то и дело норовил лизнуть меня в нос.