Если не доберусь до ведьмы — и, скорее всего, не доберусь, Гоша меня опережает на километры, — то с хуфией справлюсь. Найду способ или снова посадить ее на цепь, или уничтожить. А вот как заткнуть рот наблюдателю?.. И правая ладонь рефлекторно сжала левый локоть. Я всегда знала, что однажды спалюсь — когда вопрос между жизнью и тайной встанет ребром, — но так и не придумала, как выкрутиться. И ничего умнее тихого убийства в голову не приходило. И кабы не Совесть, мутировавшая после «скорпионов» до неприличных размеров…

К дому Ангелины я подошла мрачнее тучи. Очнулась от неприятных размышлений, учуяв знакомый «кошачий» запах, и заметила, что всю дорогу тащила с собой мусор. Заозиралась в поисках баков и встретила любопытный взгляд. У припаркованного байка возился двухметровый верзила при параде. Кожа, бандана, берцы и длинные вьющиеся космы. Знакомый, кстати, верзила…

— Добрый день, Ульяна Андреевна! — пробасил он и щербато улыбнулся.

Я подошла ближе, втянула носом воздух…

— Толик? — уставилась на него недоверчиво. — Это ты, что ли?

Он кивнул и улыбнулся еще шире.

— Ты же четыре года назад вот такой был… — и неопределенно махнула мусорным мешком. — Тощий пацан, до моего плеча еле допрыгивал… Точно ты?

Толик жизнерадостно хохотнул. Сдвинул на острый нос солнцезащитные очки и сверкнул зелеными глазами без белков. И — запах…

— Ну, вы, блин, даёте, — я ухмыльнулась. — Мама дома?

— Дома, — он подошел вразвалочку и забрал у меня мусорный пакет. — Который день вас ждет. По делу.

А теперь я ему до плеча еле допрыгиваю и кажусь рядом тощей девчонкой, хотя прошло-то — всего ничего… Физиология нечисти не перестает меня удивлять.

— Толь, как вы себя чувствуете? — я вспомнила о своих обязанностях.

Этим — да, этим точно лучше всех. «Кошки» отменно усваивают тьму, почти не дурея. И то, что гонит прочь остальных, для них — естественная среда обитания.

— А ну-ка, покажись…

Толик присел и задрал голову. Я наклонилась и осторожно оттянула веки, рассматривая его глаза: черная щель узкого зрачка, золотистые искры и зеркальная зеленая пленка, скрывающая эмоции, в которой отразился мой темный силуэт. С серебристым ореолом. Я вздрогнула.

— Плохо пахните, Ульяна Андреевна, — негромко пробасил мой подопечный. — Смертью. Старой смертью.

— А точнее? — я выпрямилась.

Толик поправил очки, наморщил нос и пожал плечами:

— Точнее мама скажет. Но я ощущаю бесов.

Ах, вот оно что… Вот откуда в хуфии столько силы… Суперсовременная модель нежити, собранная из семи душ ведьм — потомков одержимых. Зачем?..

— Спасибо, Толь, — я улыбнулась. — Здорово вырос и выглядишь замечательно.

Байкер из уважения и воспитания хотел ответить взаимным «вы тоже», но посмотрел на меня и не решился врать. «Кошки» не лгут.