в которой словоохотливый таксист просвещает путешественников относительно местных реалий, после чего они держат совет

Друэгар честно дождался нас на барже, помог погрузить и выгрузить багаж на пирсе, на котором топтались двое охранников с винтовками и стояли два «полевика», кем-то переделанные в довольно вместительные пассажирские экипажи без дверей и окон, но с брезентовым верхом, отсутствие места для багажа в которых компенсировалось двухколесными прицепами. Извозчики даже есть моторизованные. Культура!

За рулем машины, в которую мы загрузились и которая за рубль взялась доставить нас до гостиницы «Галерный колокол», сидел невысокий болтливый мужичок в потертой кожаной куртке и такой же кепке с длинным козырьком.

Он успевал крутить руль, давить на гудок, пугая прохожих и собак, и попутно рассказывать, что же открывается нашим взглядам.

– Тут вот, изволите ли видеть, игорный дом «Дух удачи», – тараторил он, указывая на длинное бревенчатое здание на каменном фундаменте. – На первом этаже общий зал, на втором – для больших игроков, и ставки им под стать.

Покушать также можете. И винный погреб у них изрядный. – Он указывал на недавно выстроенный двухэтажный дом из крашенных в розовый цвет бревен, продолжая болтать: – Это вот, позвольте известить, борделем у нас будет. «Нега Хараза» зовется. Дамочки, правда, не только харазские, а всякие. Но хозяйка – харазка. Та еще… харазина.

Он трындел, трындел своей монотонной скороговоркой, словно и сам не вслушивался в то, что говорит, а лишь прокручивает вусмерть заезженную магнитофонную пленку.

Вскоре мы просто перестали обращать внимание на его болтовню, а я погрузился в разглядывание окружающего пейзажа.

Гуляйполе удивил меня своими размерами. Не думал, что здесь поселилось так много людей. По крайней мере, наш Великореченск с ним было не сравнить. Не Тверь, конечно, но не маленький город, не маленький.

Строились, как ни странно, широко, что для наших краев необычно. Широкие немощеные улицы с деревянными тротуарами были с обеих сторон обстроены обшитыми крашеным тесом домами, в которых, тесня друг друга, разместились игорные дома, бордели, кабареты, рестораны, просто трактиры, гостиницы, магазины, торгующие всякой всячиной – от готового платья до ювелирных изделий, и целая прорва ломбардов для тех, кто проигрался в пух и прах и ищет возможности заложить последнее свое имущество.

Был вечер, разгульная гуляйпольская ночь вступала в свои права, и народу на дощатых тротуарах толпилось немало.