Сумочка вывалилась из ослабевших рук. Ей послышалось что-то вроде "Твою мать…", и почувствовалась, как каталка пришла в движение.

Очухалась она на какой-то диковинной кровати, подключенная к куче приборов. Боль в груди отступила.

И первая мысль была о дырке на колготках. Ведь кто-то же снял с неё одежду, пока она была без сознания. И облачил в больничную рубаху. А значит видел дырку на правом носке. Лёля покрутила головой. За окном была уже ночь. В палате их было трое. На тихо пикающих аппаратах только она одна. Всё же не реанимация.

За стеклянной дверью мелькнул силуэт. В палату тихо зашёл врач. Подошёл к её кровати.

— Как Вы себя чувствуете? — едва слышно спросил мягкий мужской голос.

— Уже лучше, — так же шёпотом ответила Лёля.

Сказать мужчине, что ей нужно в туалет она стеснялась.

— Если нужно в туалет, то я позову нянечку. Она подаст утку, — будто прочитал её мысли доктор. Лёля густо покраснела. Врач был явно молод. Хотя в темноте она видела только его светящиеся глаза и чёткий профиль.

— А самой как-то можно? — умоляюще прошептала она.

— Можно. Со мной можно. Только без резких движений.

Мягко подставив Лёле под спину свою тёплую ладонь, врач приподнял её. В сидячем положении голова закружилась снова.

— Минуту. Датчики я отключу.

Он быстро нажал несколько кнопок на аппарате. Лёля и пикнуть не успела, как её, уже освобожденную от проводов, подхватили на руки и понесли. Недалеко. В палате был туалет.

— Справитесь? Если что, я прямо за дверью.

Стыд, конечно, никуда не исчез. Но это все равно в тысячу раз лучше, чем утка.

Через минуту Лелю доставили обратно в кровать.

— Я зайду утром. Сейчас с Вами уже всё хорошо. Спать хочется?

Доктор вышел. Вернулся со шприцем.

— Поворачивайтесь, Ольга Владимировна, на бок. Тихо, спокойно.

Не зря говорят, что есть люди, у которых лёгкая рука. У этого доктора она была легче пуха. Лёля ничего не почувствовала.

Минут через пятнадцать после ухода врача и его тихого: "Спокойной ночи". Веки сомкнулись. Дыхание стало ровным.

Утром ей вообще показалось, что все, произошедшее вчера было ужасным сном. Если бы не факт: она таки в больнице.

Утром казалось, что она просто смотрит кино с собой в главной роли.

Рука у вчерашнего ночного гостя была действительно лёгкой.

Как говорится, почувствуйте разницу.

Молоденькая медсестра долго возилась, чтобы поставить "бабочку" — внутривенный катетер.

— Почему они Вам в приёмном не поставили? — раздражённо спрашивала Лёлю.

Та тоже внутренне бесилась от резкого тона в свой адрес. Хотелось сказать: "Я то откуда знаю!".

Но хватило только на беспомощную улыбку и пожатие плечами.

Подумала, что вот так и формируется это профессиональное хамство. Когда не отвечают, не ставят на место. В школе тоже так. Ученик слабее. Он не ответит.