Еще крепче схватив меня за волосы, он запрокинул мне голову назад и припал к моим губам влажным поцелуем. Наши открытые рты жадно впивались друг в друга, еще больше распаляя желание. На ритмичные движения пальца Гидеона я откликнулась встречными движениями бедер.

— Ты так прекрасна, — произнес он с бесконечной нежностью в голосе. — Я так люблю делать тебе приятно. Люблю смотреть, как твое тело содрогается в оргазме.

Он обладал мною, любил меня, и я полностью отдалась этому сладостному чувству. Четыре дня разлуки дали мне понимание того, как несчастна я буду, если мы не сумеем решить наши проблемы, каким бесцветным и унылым станет мой мир, если в нем не будет его.

— Знаю. — Он облизал мне губы, вызвав у меня головокружение. — И я здесь. Твоя киска уже напряглась и дрожит. Ты снова готовишься для меня кончить.

Трясущимися руками я нащупала его торчащий член и задрала юбки повыше, чтобы ввести его пенис в свое увлажненное влагалище. Он вошел в него не полностью, так как наше стоячее положение не позволяло проникнуть глубже, но и этого контакта было достаточно. Я обхватила его руками за плечи и уткнулась лицом в шею.

Колени мои подогнулись. Тогда Гидеон отпустил мои волосы и поддержал меня за спину, привлекая ближе.

— Ева. — Движения его пальца ускорились. — Ты понимаешь, что со мной творишь?

Его бедра подавались навстречу моим, головка члена массировала сладостно-нежную точку.

— Этим своими легкими сдавливаниями ты просто выдаиваешь меня. Хочешь довести до того, чтобы я кончил в тебя. Ладно, когда дойдешь до точки, мы кончим вместе.

Из моего горла вырывались бессвязные стоны, которые я воспринимала отстраненно, словно они доносились откуда-то издалека.

Моими чувствами полностью владел запах Гидеона и жар его крепкого тела, его член, двигавшийся в моей половой щели, и палец, делавший то же самое в заднем проходе. Он окружал меня, наполнял меня, обладал мною во всей полноте, даря мне блаженство. Во мне вызревала кульминация, и вызвана она была не только сугубо физическим наслаждением, но и пониманием его готовности пойти на риск. Снова. Ради меня.

Его палец замер, и я издала протестующий звук.

— Тсс, — прошептал он. — Кто-то идет.

— Господи! Магдалена уже приходила и видела нас.

Что, если она рассказала…

Гидеон не отпустил меня. Остался в той же позе, в какой был, наполняя меня и спереди и сзади, лишь его рука, поглаживавшая мою спину, опустила подол платья.

— Твое платье все скроет.

Стоя спиной к входу в библиотеку, я прижалась раскрасневшимся лицом к его груди.

Дверь отворилась. После некоторой паузы прозвучал вопрос:

— Тут все в порядке?

Кристофер. Я ощутила неловкость из-за того, что не могла обернуться.

— Конечно, — спокойно и холодно отозвался Гидеон.