Пока она влезает в джинсы и футболку, женщина молчит. Салли ее узнает, но не помнит ее имени. Натягивает куртку, носки и ботинки.

— Пойдем, — говорит женщина и открывает дверь.

В коридоре толпится с полдюжины полицейских. Они задают ее родителям вопросы и не отвечают на вопросы, которые родители задают им. Салли пытается успокоить их, сказав, что все в порядке, но она сама не слишком уверена в этом. Наручники ей не надевают, но сажают в зарешеченную полицейскую машину и увозят. Она замечает, что около половины машин остаются у ее дома. Если они обыщут ее комнату, она надеется, что они за собой приберутся. Почти все соседи высыпали из своих домов и смотрят.

Поездка до участка была самой быстрой в ее жизни. Эта срочность показалась ей весьма сомнительной после того, как ее посадили в комнате для допросов, оставили одну, закрыли дверь и исчезли на полчаса. Салли прохаживается по комнате, садится, снова прохаживается. Сердце ее бешено колотится, руки трясутся, и ей страшно, очень страшно, хотя она не понимает, чего именно боится. Что она сделала? В этой комнате она никогда не была. Здесь холодно, и она рада, что прихватила куртку. Стулья неудобные. Стол весь испещрен значками, оставшимися от ее предшественников. Ногтями, ключами, монетками, чем угодно, любыми подручными средствами люди оставляли сообщения на деревянной поверхности.

Человек, который входит в комнату через полчаса, ей не знаком. Обычный мужчина, но он ее пугает. Он просит ее протянуть вперед руки, и она протягивает. Он берет мазок с ее кожи, и когда она спрашивает зачем, он ей не отвечает. Потом он уходит.

Когда в комнату наконец-то входит детектив Шредер, она уже плачет. Он садится напротив и кладет на стол папку, но не открывает.

— Прости за все это представление, Салли, но это действительно важно, — говорит он и улыбается, одновременно придвигая к ней чашку кофе. Как будто он вдруг стал ее лучшим другом. Салли тут достаточно долго проработала, чтобы знать, что это лишь тактика.

— Как хорошо ты знаешь детектива Кэлхауна?

— Не очень хорошо. А что?

— Ты когда-нибудь общалась с ним за пределами участка?

— Ни разу не ходила с ним выпить что-нибудь? В ресторанах с ним не сталкивалась? В шопинг-центрах?

Она бросает взгляд на чашку с кофе, но не притрагивается к ней.

— Ты была когда-нибудь в его машине?

— В машине, Салли. Никогда не ездила с ним покататься?

— А ты вообще видела его сегодня?

— Вы спрашивали это сегодня утром.

— Я спрашиваю опять.

— Нет. Я не помню, когда в последний раз его видела. Может, вчера.

— Тебе нравится огонь, Салли?

— Огонь. Сегодня вечером был пожар. Поэтому у тебя взяли мазок. Мы искали следы бензина.

— Но вы ведь ничего не нашли, — говорит она утвердительно.

— Ты могла надеть перчатки.

— Но я ничего не поджигала.