Честное слово, вы просто солдафон какой-то! Мадам, а вы что думаете о своем супруге?

– Я постараюсь к нему приспособиться, сир.

– Вы рассудительная женщина. И очень красивы. Эти два качества так редко соединяются вместе! Маркиз, я прощаю тебя за такой выбор… И за прекрасные глаза твоей жены… Зеленые глаза… Редкий цвет, мне нечасто доводилось такими любоваться. Женщины с зелеными глазами…

Он замолчал, словно задумавшись, и принялся внимательно вглядываться в лицо Анжелики. Улыбка сошла с его лица, и он вдруг застыл, словно пораженный молнией. На глазах у придворных, сначала изумленных, а потом испуганных, Людовик XIV начал бледнеть. Это ни от кого не укрылось, поскольку король вообще отличался сангвиническим цветом лица и придворный врач часто пускал ему кровь. А тут он на несколько секунд стал белее собственного жабо, хотя на лице у него не отразилось ничего.

Анжелика растерялась, но не отвела от короля глаз, продолжая смотреть на него с вызовом, как смотрит провинившийся ребенок на того, кто сейчас его накажет.

– А вы, случаем, не из южных краев, мадам? – неожиданно резко спросил Людовик. – Не из Тулузы?

– Нет, сир, моя супруга – уроженка Пуату, – быстро сказал Филипп. – Ее отец – барон де Сансе де Монтелу, его земли расположены в окрестностях Ниора.

– О! Сир, спутать пуатевинку с уроженкой Юга! – воскликнула мадам де Монтеспан и залилась своим серебристым смехом. – Это вам-то, сир!

Прекрасная Атенаис чувствовала себя достаточно уверенной, чтобы позволить себе такую вольность. Напряжение спало. Лицо короля снова обрело свой обычный цвет. Совладав с собой, он бросил на Атенаис заинтересованный взгляд:

– Да, пуатевинки обладают немалым шармом. Однако берегитесь, мадам, как бы господину де Монтеспану не пришлось мериться силами со всеми гасконцами Версаля! Они вполне вправе потребовать удовлетворения за своих обиженных жен!

– Я кого-то обидела, сир? Это случилось ненамеренно. Я только хотела сказать, что южанок и пуатевинок трудно спутать, хотя они в равной степени прелестны. Надеюсь, ваше величество простит мне это скромное замечание.

Улыбка, затаившаяся в ее больших голубых глазах, не имела ничего общего с раскаянием и была совершенно неотразима.

– Я давно знакома с мадам дю Плесси, – продолжала мадам де Монтеспан. – Мы выросли вместе, и наши семьи состоят в родстве.

Анжелика дала себе слово никогда не забывать, чем она обязана мадам де Монтеспан. Прекрасная Атенаис отреагировала молниеносно и тем самым спасла подругу.

Король снова поклонился Анжелике дю Плесси, на этот раз с умиротворенной улыбкой:

– Что ж, Версаль рад приветствовать вас, мадам. Добро пожаловать.

– Мы рады снова видеть вас.