В таком случае, она считала, к ней перестали бы лезть с неуместными предложениями остальные кадеты.

– Всегда знал, что у женщин бесконечная фантазия. И как, получилось? – глаза адмирала Даффи засветились тёплым смехом.

– Понятия не имею, – пожала я плечами. – Надо спросить у самой Деборы.

– Ясно, – кивнул адмирал, открывая дверь. – И всё-таки, Анестэйша, Вам очень повезло, что Вы внезапно оказались девушкой.

Последняя фраза прозвучала настолько серьёзно, что улыбка мигом покинула моё лицо.

– Не переживай, – потрепал меня по плечу Юлиан, когда цварг покинул помещение. – Адмирал Даффи давно потерял жену, и дочь – единственное, что у него осталось. Вот он и трясётся над ней так, что пытается найти любую причину, чтобы её исключили из Академии, и она осталась сидеть дома на Цварге. Не завидую я тому, кто всё-таки решится ухаживать за адмиральской дочкой.

Я согласно кивнула. Несколько секунд мы помолчали, каждый думал о своём, затем я спросила:

– Что там, в итоге, с моим отцом?

– Эрик Вейсс выдвинул обвинения от лица Космического Флота Игнару Радосскому в незаконном приобретении видеоматериалов, снятых на нашей станции. Доказательств того, что твой отец сам позаботился о том, чтобы роботы-уборщики отсылали информацию о том, что происходит здесь, Эрик не нашёл. Но прокурор сильно проштрафился, показывая твои фото со станции. Что касается твоего заявления о воздействии на сознание, то эта информация должна была подвергнуться проверке. HAUS-8 конфисковали, но официально так и не найден программист, способный разобраться в том, что произошло с искусственным интеллектом.

Я возмущённо фыркнула. Это на Танорге-то программист не найден?! М-да, у папочки, оказывается, действительно огромные связи… или таноржцы держатся за своих, что, впрочем, неудивительно.

– Сам HAUS-8 считается экспериментальной разработкой, а тут ещё требуется найти неизвестно что, – тем временем продолжил адмирал. – Семюэля, о котором ты говорила, не нашли. Более того, данных об этом человеке нет ни в одном регистрационном органе. За недостаточностью улик по делу Игнара Радосского отпустили, назначив лишь крупный штраф и предупреждение за нелегальное приобретение информации. Однако этого оказалось достаточным, чтобы его исключили из Аппарата Управления Захраном, кроме того, на личные лаборатории Игнара Радосского наложен мораторий до тех пор, пока не будет выяснено, чем именно в них занимались. Делегация таноржцев, что прилетела вместе с твоим отцом, клянётся, что не имела никакого отношения к его планам.

Я грустно покачала головой.

– К сожалению, посадить на астероид мультимиллиардера в наше время не так просто, – буквально прочёл мои мысли Юлиан. – Но теперь мы будем настороже.