Министр внутренних дел постукивал ухоженными пальцами по подлокотнику. Он не крушил свой покрытый сумраком кабинет, и его люди, пропавшие во время операции по нападению на орден огненного щита, были всего лишь пешками, так что он мало что терял из-за их провала — они просто не знали, на кого работали и не могли вывести на него.

Этого человека больше беспокоило исчезновение прикормленного им капитана синей стражи Седрика и агентов, которые поддерживали его деятельность. Все они будто испарились, и он теперь понятия не имел, где прячется юная герцогиня.

А то, что орден огненного щита так легко и жёстко ответил на удар не только убивало его надежду легко расправиться с её внезапным женишком-магистром, но и полностью меняло политический расклад в королевстве.

Карету тряхнуло на ухабе, и я, наткнувшись на плечо сидящего рядом Армана, открыла глаза. Снова посмотрела на «кое-что», которое нам следовало спрятать.

Этим «кое-что» была одержимая принцесса.

Она сидела напротив, скованная цепями, с металлическим кляпом, зафиксированном цепью. И источала лёгкую ауру антиманы, которая не позволяла накинуть на неё маскирующие чары.

С маскирующими чарами было бы легче её перепрятать, но пришлось везти так. Невозможность маскировки вынудила нас избрать сложные манёвры: сначала мы вывезли её практически в открытую. Так как целью вторжения была принцесса, совершенно очевидно, что весь городок ордена находился под наблюдением, и все выехавшие будут отслеживаться.

Так что из городка выехало четыре десятка карет. При этом мы «засветили» принцессу, чтобы на город больше не напали.

А потом нам надо будет извернуться и скрыться от наблюдателей.

Вполне разумный, понятный план. В бытность наёмницей мне не раз доводилось проворачивать подобные сопровождения.

Единственное, что смущало в этой ситуации — такой мощный кляп. Массивные цепи, которыми принцессу приковали к стенке кареты и сиденью, ещё были понятны — одержимые обладали неестественной силой. Пусть эта принцесса выглядела не вовлечённой в происходящее, словно сумасшедшая, я помнила, как она покрошила своих прошлых сопровождающих.

Но железный кляп с цепью как-то чересчур. Я покосилась на Армана: он расслабленно покачивался в такт движению кареты, но его взгляд, направленный на одержимую, оставался настороженно-острым.

Я снова посмотрела на кляп во рту принцессы. Чуйка буквально кричала, что это не просто предосторожность на всякий случай, а мера, имевшая конкретную цель — молчание. Причём гарантированное — этот кусок железа не перекусить.

О чём таком интересном могла рассказать одержимая?

Король дрожал от ярости, выслушивая отчёт о том, что агенты потеряли след его дочери, попавшей в руки ордена огненного щита.