Алтарные фигурки я не трогала, смахнула образовавшийся от прорезания тайника мусор и постаралась как можно аккуратнее вставить обратно фрагмент стены. Именно поэтому я завалилась в кровать Армана, а не в свою: проследить, заметит он с ходу вторжение в тайник или нет, и удержать его от проверки тайника своим присутствием.

Теперь он стоял на пороге, а я расслабленно дышала, изображая сон и оставив обнажённое плечо вне одеяла. Под одеялом одежды не было на случай, если придётся отбиваться: смущение противника вполне себе оружие.

Не знаю, взглянул ли Арман на картину напротив кровати, но на меня он некоторое время смотрел — его взгляд ощущался чётко, и в нём не было агрессии.

Затем стал приближаться не слишком громко, но и не таясь.

Возле мешка с драгоценностями он остановился и хмыкнул. Кажется, присел рядом и стал перебирать мою добычу — побрякушки слегка позвякивали, когда он их ворошил. Мои губы непроизвольно дрогнули, пришлось усилить контроль над телом, чтобы ровно дышать.

— Несколько из них придётся вернуть, — тихо сказал Арман, — иначе за этими семейными реликвиями будут гоняться. Я готов компенсировать тебе потери.

Подойдя, он положил несколько украшений на тумбочку у кровати и сел рядом. Я открыла глаза, но не шевелилась. Арман наклонился к моему обнажённому плечу. Его горячее дыхание согрело кожу, от чего от лопатки по спине побежали мурашки. Показалось, что сейчас начнутся поцелуи, приставания, но Арман… Это Арман: он прижался к моей лопатке лбом и замер с тяжёлым вздохом.

Я сжала пальцы на рукояти кинжала:

— Это нападение — плохой политический знак, — ответил Арман. — На нас напали не только члены ордена седьмого водопада, но и представители короля.

Он послал к нам не просто военных — магов. Высокоуровневых. Все были вооружены артефактами времён богов. Такое нападение — это, по сути, объявление войны. А вся верхушка нашего отделения ордена уже отправилась в столицу на переговоры.

Отпустив кинжал, я перевернулась на бок, ускользая из-под горячего лба Армана, и посмотрела на него: слегка бледный, с непередаваемо мрачным взглядом.

— Эй! — я игриво скользнула пальцами по его щеке, — тебе не идёт такое мрачное выражение глаз!

— Хорошо-хорошо, — он улыбнулся, и взгляд его действительно смягчился.

— Нам надо кое-что спрятать и отправиться в столицу, чтобы повлиять на ситуацию.

— Ты уверен, что мы можем повлиять на ситуацию? Может, вызовете помощь из другого филиала ордена?

— Позвать помощь — значит, отдать власть помощникам, да и не факт, что другой филиал захочет ослабить себя ради помощи нам, — со вздохом напомнил Арман, но его улыбка стала чуть шире. — Впрочем, я уверен, что мы с тобой сможем повлиять на ситуацию и весьма значительно.

В его чарующей улыбке появился намёк на коварство.