А всё потому, что поместье традиционно использовалось Императорским Родом для отдыха, в отличие от того же Кремля, более официального и доступного. Вот и я невольно начал проникаться атмосферой этого места, являвшегося «дачей» для очень многих и многих, как оказалось, моих предков. Особую остроту добавили детские воспоминания — очень мне маленькому хотелось попасть за высокий кирпичный забор на загадочную территорию Императорской семьи, а дед только хмыкал, и обещал, переглядываясь с Прохором:

— Обязательно, Лёшка, попадёшь! И не через забор, а через ворота!

Вот и сбылись дедовские обещания…

Проехав какое-то время по дорожке, проложенной в лесу, мы оказались на открытом пространстве, с островками леса, большим прудом, беседками и мощёными дорожками, по которым прогуливалась охрана с собаками.

На нас, впрочем, они не обращали никакого внимания. Вскоре из-за холма показался и комплекс зданий с настоящим четырёхэтажным дворцом. Именно к нему и направил гольфмобиль Прохор. Дед достал телефон и кого-то набрал.

— Встречай. Подъезжаем.

Когда дед убрал телефон, я спросил:

— А это нормально, что мы вот так подъедем? На этой тарантайке?.

.

— Нормально. — усмехнулся дед. — Это означает, что мы к Императору заглянули по-соседски… Понял? — я кивнул. — Особенно мне первый раз так понравилось приехать. Не помню уж по какому поводу Романовы устроили приём, но я заявился через лес как раз на этой, как ты выразился, тарантайке! Чуть припозднился, понятно, а все уже успели собраться вон на той лужайке. — он указам на большую поляну с неработающими фонтанами перед дворцом. — И тут, значит, появляюсь я… Посмеялся, конечно, народ, а в глазах зависть — Пожарские де даже не утруждают себя через главные ворота к Романовым ездить, напрямую через лес заявляются! — дед довольно улыбнулся.

 — Да и Романовы потом, бывало, так же к нам в гости приезжали. Кстати, по всему забору, помимо тех ворот, через которые мы проехали, есть ещё несколько.

— Деда, да знаю я. В детстве же всё здесь облазил. — напомнил я ему.

Вблизи дворец производил ещё более величественное впечатление — колонны, огромные окна, лепнина по светлому фасаду с двуглавым орлом в центре, статуи орлов рядом с крыльцом, на котором нас ждал мой отец.

— Добро пожаловать! — спустился он к нам по ступеням и пожал руки. Подскочивший слуга в ливрее сел за руль гольфмобиля и отъехал. — Все собрались, ждём только вас! Прошу за мной.

Оказавшись внутри дворца, я был поражён обилием картин, антикварных даже на первый взгляд ваз, статуэток, предметов мебели. Везде, куда бы я не посмотрел, сверкала позолота.

— Традиции… Ничего не поделаешь… — заметив мои взгляды, бросаемые по сторонам, сказал отец, когда мы поднимались по мраморной лестнице.