– В материалах следствия говорится, что утром девочку обнаружила бабушка. Но судя по тому, что мы услышали, она выползла на улицу.

– И потеряла сознание, – дополнил Кориков.

– Здесь что-то не то.

– Поймите: я говорил не с пациенткой, а с ее подсознанием. Подсознание человека не врет, а рассказывает, что произошло на самом деле.

– Слишком большая разница. Как воспоминания Колодяжной так быстро смогли трансформироваться? Уже через несколько дней после убийства матери она говорила то же, что и неделю назад.

– Причиной этому могли послужить различные факторы, – расплывчато объяснил Кориков и посмотрел на часы.

 – Я тороплюсь. У меня мало времени.

– Подробнее объясните! – сказала Анна.

– Ну, хорошо. – Кориков заговорил быстрее и с раздражением: – О защитных воспоминаниях я уже говорил. После того как человек пережил негативный опыт, подсознание формирует новые образы, чтобы защитить его психику.

– Убийца перерезал ножом горло матери. – Анна холодно, с вызовом посмотрела на Корикова. – По-вашему, такое воспоминание защищает психику ребенка?

– Ну, нет! Это совсем другой случай! Людям, пережившим нечто ужасное, часто снятся сны, и со временем они начинают путать сновидения с реальными событиями.

К тому же, как вы догадываетесь, взрослые при ней обсуждали случившееся. Девочка могла смоделировать подробности и детали.

– Мне трудно в это поверить, – сказала Анна.

– Вы удивитесь, когда узнаете, что еда, спиртное и химические частицы в воздухе тоже искажают воспоминания.

– Область фантастики…

– А это уж как изволите. – Кориков снова посмотрел на часы и встал. – Мне нужно идти. Отведите меня в бухгалтерию.

– Павел, – Анна взглядом указала на дверь, – проводи.

Глава 17. Зачеркнутая строка

Тем же вечером Анна сделала два важных звонка. Как только вернулась в гостиницу, она позвонила Гуляеву:

– Здравствуйте, Николай Иванович, это Стерхова.

Немного помолчав, он сказал:

– Звоню, чтобы сказать: вас больше никто не побеспокоит. Подозрения в убийстве Паниной сняты.

– Полностью? – хрипло спросил Гуляев.

– Прошу, не вешайте трубку! – Он тяжело сглотнул. – Это правда?

– Простите… – Анна почувствовала, что близка к обмороку, и отключила связь. Она вытерла лоб и опустила глаза, даже под брюками заметив, как сильно дрожат колени.

 – Нужно лечь… – Анна медленно разделась и улеглась в постель.

Она прикрыла глаза и почувствовала, как по щеке на подушку скатилась слеза. Похлопав рукой по постели, Анна отыскала телефон и набрала номер матери.

– Наконец-то… – сказала та. – Когда возвращаешься домой?

– До этого еще далеко, – ответила Анна.

– Не нравится мне твой голос.

– Не женская это работа, Аня, – вздохнула мать.

– То же самое мне сказал Стратонов.