Глубже, спокойнее. Вокруг тебя ничего нет… Есть только мой голос…

Последовала минута тишины, и снова раздался его голос:

– Расскажи, что было в тот день, когда умерла мама девочки.

– Праздник седьмого ноября. Пахнет печеными булками… – сказала Елена Васильевна. – В окно светит солнце, и стекла чистые-чистые.

– Давай посмотрим, что было вечером. Девочка улеглась в постель, и что дальше?

– Она не может заснуть, встает, подходит к окну и смотрит на улицу.

– Мужчина смотрит на окна их дома.

– Друг ее мамы дядя Коля Гуляев.

– Рассказывай дальше, – велел Кориков.

– Девочка спускается. В дверь кто-то звонит.

– Что делает девочка?

– Подходит к входной двери, спрашивает: «Дядя Коля, это вы?»

Елена Васильевна заговорила, имитируя низкий голос:

– Что происходит дальше?

– Девочка открывает дверь.

– Мужчину… Только это не дядя Коля.

– Девочка знает его?

– Встречала несколько раз возле дома.

– Пусть девочка опишет, как он выглядит.

– Ростом ниже дяди Коли…

– Старше или моложе?

– Худой или толстый?

– Девочка должна описать, как он одет.

– На улице холодно, а он без шапки. Темная куртка.

– Лицо какое? Цвет волос?

– Лицо у него круглое и румяное. Темные волосы. Он улыбается…

– Пусть девочка повторит.

– Он смотрит на девочку и улыбается.

– А потом? – спросил Кориков.

– Толкает девочку в грудь и заходит в дом, – спокойным голосом проговорила Елена Васильевна.

– Что кричит девочка?

– Мать девочки приходит?

– Она бежит по коридору к двери. – Елена Васильевна сделала паузу и что-то тихо пробормотала.

– Что делает мама девочки?

– Она кричит: «Что ты здесь делаешь?»

Услышав эти слова, Анна выпрямила спину и посмотрела на Платонова:

– Слушайте, слушайте… – напомнил ей Кориков. – Сейчас будет интересно.

Затем прозвучал его голос на записи:

– Девочка знает, что было дальше?

– Мужчина бьет девочку.

– Пусть девочка расскажет, что было после, – сказал Кориков.

Анна встала и, не находя себе места, заходила по кабинету. Остановившись возле окна, она тоскливо посмотрела на Павла.

– Темно… – повторила Елена Васильевна и добавила: – Холодно… Девочка открыла глаза.

– В комнате лежит ее мать. Повсюду кровь.

– Сама девочка где сейчас?

– Ползет к открытой входной двери. Сползает по ступеням крыльца. Дальше темно.

– Пусть девочка скажет…

На этом запись оборвалась.

Анна посмотрела на Корикова:

– Вы же слышали. Дальше была темнота, – ответил он. – Больше ничего не добился.

Анна вернулась на место и замолчала. Потом, сделав над собой усилие, она сказала:

– У меня к вам, как к специалисту, есть вопросы.

– Слушаю, – с участием отозвался Кориков.

– Почему реальные показания Колодяжной отличаются от показаний под гипнозом? Чему можно верить?

– Только результатам сеанса.