Партизана Железняка, дом тридцать пять, было установлено, что возможными свидетелями произошедшего события могут являться…»

Читая фамилии, Анна машинально шевелила губами:

– Лебединская, Кривова, Петракова, Зиновьева… – Дойдя до жирно зачеркнутой строки, она перевела взгляд на следующий абзац: – «Жильцам остальных домов о произошедшем убийстве ничего не известно».

Анна прочитала показания опрошенных и не нашла ничего интересного. Гражданка Зиновьева видела, как в шесть часов вечера Панина возвращалась с хозяйственной сумкой из магазина. Жительница соседнего дома Лебединская заметила, как утром Панина мыла и утепляла окна. Петракова и Кривова, жительницы домов на другой стороне улицы, видели, что в доме до утра горел яркий свет, но это нисколько их не встревожило.

Перечитав показания, Анна вернулась к списку возможных свидетелей и пригляделась к зачеркнутой строке, но не разобрала, что там написано.

Она отыскала в столе лупу и включила настольную лампу. Согнувшись над списком, то приближала, то отдаляла лупу, меняла положение документа и освещала его с разных сторон. Определяя букву за буквой, через несколько часов Анна составила полную запись и поняла, что показания дала гражданка Ускова Галина Ефремовна, тысяча девятьсот двадцать седьмого года рождения, проживающая по адресу: улица Партизана Железняка, дом тридцать.

Воодушевившись вначале, потом Анна сообразила, что женщина, скорее всего, уже умерла, поскольку немногие доживают до такого преклонного возраста.

Но в деле должны быть ее показания!

Перелистав следственные материалы и не найдя нужного документа, Анна поняла, для чего была зачеркнута строка, и догадывалась, кто изъял показания.

Подняв глаза, Стерхова увидела на пороге кабинета Ускова и невольно отшатнулась.

– Напугал? – с заметным удовольствием справился он.

Анна сидела неподвижно, широко распахнув глаза. Потом, опомнившись, нервным жестом захлопнула папку.

Усков указал взглядом на папку:

– Что в Качинских Дачах? Докладывайте. – Ее возмутил несерьезный тон Ускова, и она взяла ситуацию под контроль.

– Докладываю. – Усков присел рядом с Анной. – Одна из убитых девушек работала на заправочной станции рядом с дачным поселком. Вторая – медсестра в деревенской амбулатории, третья – продавщица продуктового магазина на трассе. Никаких пересечений не обнаружено. Все три – случайные люди, каждая со своим кругом общения. Разное время гибели и возраст жертв, разброс во времени – восемь лет. Не удалось обнаружить ни одной зацепки.

– Уже обсуждаете? – в кабинет вошла Татьяна Краюшкина и, поискав глазами Павла, спросила: – Платонова нет?

– И, скорее всего, сегодня уже не будет, – сказала Анна.