– Общий интерес! Разговор про то, что вы оба хорошо знаете, что для вас обоих важно и интересно, но у каждого из вас на это свой взгляд! Запоминайте, девоньки! Есть же множество вещей, которые и вы, и отроки знаете одинаково хорошо, но видите каждый ПО-СВОЕМУ! И про учебу, и про житье в крепости, и про наставников – много всякого, и это ни вам, ни им, – Илья мотнул головой в сторону едущих верхом отроков, – скучно не будет НИКОГДА! Вот так! А во второй раз, Катюша, ты уже намеренно такой разговор завела?

– Ага, почти так же вышло, только на посиделках. Тогда Марк мне один смешной случай рассказал, а на посиделках напомнил. Мы сидим и гогочем, а остальные никак не поймут, чего это мы… и остановиться никак не выходит… Ты, дядька Илья, еще тогда сказал, что, мол, хватит, а то яйцо снесем…

– Молодец! Хе-хе, а я и запамятовал про тот случай совсем… Яйцо, хе-хе… А ты все равно молодец. Умница и красавица! Хвалю!

Арина явственно почувствовала, как встопорщилась от последних слов Ильи Анька: будь у той шерсть на загривке, непременно дыбом бы встала, а уж каким взглядом она наградила Катерину! Илья, похоже, тоже что-то заметил, во всяком случае, взглядом Арине на Аньку указал. Та в ответ лишь слегка опустила веки, давая понять, что все видит и понимает.

– Вот, девоньки, это первый интерес в ваших разговорах с отроками. Я так вижу, что вы все поняли. А кто не понял, так наставница Арина вам разъяснит. А есть еще и второй интерес, такой же верный, как и первый. Вез я как-то раненого Михайлу в своих санях… это когда мы Кунье городище на щит взяли. Весной дело было, вы должны помнить. Да… Вёз я, значить, раненого Михайлу да еще ратника Афанасия с ним, и зашел у нас разговор о книжной премудрости.

Илья приосанился и степенно огладил бороду – знай наших, мы и о науках всяких беседовать способны! Арина с трудом сдержала улыбку: больно уж смешно это вышло у обозного старшины Младшей стражи. Хотя и неглуп, разумеется, Илья Фомич, очень и очень неглуп, а вот ученым мужем не смотрелся ну никак! Хотя настоящих ученых мужей Арина и не видала ни разу, но представлялись они ей монашествующими старцами, аскетами с огнем тайных знаний в очах – ну, ничего общего с малорослым, отягченным буйной растительностью на голове и лице, живым, подвижным и насмешливым Ильей. Однако, с другой стороны, боярич Михаил тоже на убеленного сединами мудреца не походил, но…

Илья загадочно замолчал и даже отвернулся, понукая лошадь, а потом сильно разочаровал девиц:

– Но о хитрости этой пусть уж вам боярыня Анна или наставница Арина рассказывают, – Илья немного помолчал, раздумывая о чем-то, потом продолжил.

– Вот так, значить, девоньки.