А Альберто… имел отцовский нюх. И я уже знала, что с маленьким Нико, которому на днях минуло всего два, предстоит пройти то же самое…

Да, морозная магия так и осталась в моем муже. Только трансформировалась в живую форму и даже… передалась по наследству... Мы оба не знали наверняка, как это произошло, и что стало причиной. Вероятно, то, что все это случилось на внутренней стороне, где Вито просто не должен был оказаться. Морозная магия будто нашла новый сосуд. Но теперь она больше не разрушала. Мой муж не мог плести заклинания, но в нем осталось чутье морозного зверя. Обоняние, слух, реакции, скорость. И льдистые искры в глазах, которые по-прежнему меняли цвет с зеленого на нестерпимо голубой. Не скажу, что меня это сильно обрадовало, потому что он по-прежнему безошибочно улавливал следы моей магии, и я ничего не могла сделать втихаря… И приходилось отчитываться за каждую мелочь. Я смирилась. И Бланке придется привыкнуть, что отец и братья будут раскусывать все ее мелкие каверзы. Но еще одну дочь я едва ли вынесу. Это будет уже стихийным бедствием. Особенно если она будет похожа на Бланку.

— Бабушка никогда не ругается!

— Если я не буду ругаться, то кто будет вас обоих воспитывать?

Я поискала глазами Пилар, которая суетилась у продуктового короба и вытаскивала кремовые пирожные для свекрови — та была жуткой сладкоежкой и таскала десерты с утра до ночи. Зато счастливая и умиротворенная.

— Пилар! Найди Чиро и займите детей, пока они опять не подрались. А пирожные Анита подаст.

Та недовольно скривилась:

— Барышня, миленькая, я и без него справлюсь. У него язык без костей — слово вставить не дает. Я вообще не понимаю, почему господин так ценит эту бестолковую балаболку. Он же глупый, как чурбан!

Я не стала повторять, просто поймала искристый взгляд Вито. Только слепой не видел, что между этими двоими давно искры летят. И воевали они друг с другом только на людях. А мы просто терпеливо ждали, когда они, наконец, во всем признаются и попросят разрешения заключить брак. Знатная парочка…

С тех пор, как я исцелила Чиро, Вито взял его в замок. Он даже не был лакеем или камердинером — кем-то вроде доверенного лица. После всего, что Чиро сделал для моего мужа, тот не хотел унижать его местом прислуги. Замковая челядь чуяла неладное и обходилась с бывшим немым осторожно. Даже управляющий Пако предпочитал при встрече приветствовать его сдержанным кивком.

Пилар оставила пирожные, выпрямилась, внимательно оглядываясь. Деловито уперла кулаки в бока:

— Ну? И где он, этот ваш Чиро? Все здесь. Лакеи, повар, няньки, егери, Джозу, сеньор Эдуардо. Даже Желток! А этот где? Толку от него, как от козла молока!

Вдруг, Альберто насторожился, повел носом. Голубые глаза морозно сверкнули.