— Если ты сегодня не угомонишься, то у тебя он настанет гораздо раньше! Засунь уже куда-нибудь своё дряное настроение… — рычу я на брата, начиная терять контроль над собой.

— Вот только если на пару с твоим.

— Нормально у меня всё с настроением! — повышаю голос.

— Сомнительное утверждение… — хитро тянет Дамир, посматривая на меня своим извечным прищуром.

Комментарий Дама окончательно выводит меня из себя, кажется, я даже начинаю скрежетать зубами, не понимая, что им от меня всем надо.

— Он уже второй месяц такой, — устало вздохнув, продолжает брат, из-за чего получает порцию презрения, отчётливо читающегося на моём лице.

— Стас, — выделывается Ромка. — Понимаешь, из нас всех роль засранца по распределению досталась мне, а ты сегодня только и делаешь, что на всех срываешься. Будь добр, не посягай на чужую территорию.

Хочется по-детски обидеться и демонстративно послать их всех в жопу. Даже, несмотря на остатки разума, которые подсказывают, что доля истины в их словах есть.

— Слушайте, не лезьте туда, куда вас никто не просит, — тщательно выговариваю я, стараясь не выдавать всей гаммы своих чувств.

Но все, конечно, игнорируют моё требование.

Рома выглядывает из-за моего бока, делая вид, что меня здесь просто нет, и обращается к Дамиру.

— Его случаем никто не бортанул? Он в последний раз такой был, когда его Алинка бросила.

Бероев хитро растягивает губы в улыбке и заглядывает мне в глаза, словно говоря: «Ты меня, конечно, прости, но я должен это сказать».

— Нет! — не даю я ему договорить. — Она здесь не причём.

Дамир противно хмыкает. В этот момент он момент он бесит меня почти так же сильно как Ромка.

— Тогда кто? Хочешь ты этого или нет, но с тех пор, как вы столкнулись с Верой, ты сам не свой!

— Кто такая Вера? — подаёт голос Кир, до этого внимательно слушающий нас.

— Никто! — в очередной раз твержу я.

— Настолько никто, что ты, либо маньячишь за ней по ночам, либо тащишь её к нам в дом, — язвит Дамир.

— Боже мой! — вопит Рома. — Если кто-нибудь срочно не расскажет, кто такая Вера, мы с мелким просто сдохнем от любопытства.

В него тут же прилетает подушка от Кира, видимо, в отместку за «мелкого». Впрочем, Роме пофиг, он легко от неё уворачивается, ещё и язык Киру показывает.

Параллельно у нас с Дамиром идёт своя борьба.

Сверля друг друга въедливыми взглядами, каждый пытается настоять на своём.

— Ну, давай, уже, расскажи всё по-нормальному, — просит он меня. — Иначе я изложу им свою версию, и будь уверен, она тебе не понравится. Стас, да пойми же ты, глупо от этого всего прятаться, один только ты делаешь вид, что ничего не произошло. Ну, может быть, ещё и Вера. У вас там по ходу дела один диагноз на двоих.

— Кто. Такая. ВЕРА?! — сходит с ума средний брат.

— Вера — это… — начинает Бероев.