Шатаясь, попятился Крыло, упал, зажимая рану, но на его место встали трое, мешая друг другу, но готовые голой грудью закрыть дорогу наверх.

Ингвар рубился остервенело. За спинами людей Влада появились древляне, с ходу бросились в сечу. Влад хрипло закричал:

– В круг! Пробьемся наверх!

Ингвар страшился оглянуться, чувствовал близость Ольхи. Наконец краем глаза увидел мелькнувший рядом белый рукав. Пахнуло ландышем. Она дралась рядом. Он закричал люто:

– Сам… – ответила она. Вскинула акинак, чужой меч со звоном скользнул в сторону, едва не срубив Ингвару ухо.

Он отшатнулся, но из-за его плеча выдвинулось копье, ударило врага в горло.

Ингвар видел перекошенное лицо Влада. Тот уже понял, что внезапный захват не удался, что-то кричал. Внезапно он нагнулся, исчез в водовороте тел. Ингвар потерял его из виду. Отражал удары и наносил сам, постепенно начал теснить, а с той стороны наступали древляне, зажимая людей Влада посредине.

Внезапно заговорщики расступились. В середине круга поднялся Влад. В его руке коротко блеснул острием дротик. Ингвар не успел сообразить что к чему, как дротик молнией вырвался из руки Влада.

И тут только Ингвар сообразил, что копье несется не в его грудь… а в Ольху, что храбро дерется рядом!

Кровь застыла в жилах, ибо дротик уже почти пересек палату, а он не успевал шевельнуть и пальцем.

Кто-то резко толкнул его, перед глазами мелькнуло белое. Его задели твердым, как булыжник, локтем, затем услышал вздох, удар острого железа в живую плоть, сдавленный вскрик Ольхи. Он метнулся запоздало, сшиб ее и повалился с нею на пол, закрывая своим телом.

– Боги, – прошептал он, чувствуя, как рвется его сердце, – только не дайте ей умереть… Возьмите мою, но ей умереть не дайте!

Ольха замерла в его руках, но кто-то шлепнул его по спине.

Ингвар всмотрелся в лицо Ольхи, оглянулся. В палате стоял страшный крик. Влад с окровавленным лицом упал на колени. Его рубили топорами, как мясники коровью тушу. Он закрывал голову руками, булатные наручники сплющились, брызгала кровь. Упал, уже изрубленный до неузнаваемости, рядом рубили и кололи, как свиней, последних его воинов.

Ингвар непонимающе оглянулся. Из палаты уходил, шатаясь и держась за грудь, Тайный Волхв.

Дротик, который он вырвал из своей груди, упал из его руки на чисто выскобленный пол, разбрызгивая красные капли. По белой одежде бежала алая струйка.

– Он закрыл меня собой! Почему?

Ингвар раздраженно дернул плечом. «Потому что все на свете должны закрывать тебя своим телом», – хотелось сказать ей. Даже Тайные Волхвы, хоть они непримиримые враги не только русов, но даже привычных славянских богов, ибо признают только древних, уже забытых простым народом.