Теперь, когда решать самому не надо, он смотрел победно. Влад кивнул своим, с двух сторон выдвинулись воины с копьями. Одновременно ударили, острое железо пробило голую грудь Чаги.

Явор мгновенно повернулся на вскрик Чаги, увидел, как три дротика взвились в воздух. Ни щита, чтобы закрыться, увернуться на узкой лестнице! Он увидел свою смерть и крикнул страшным зычным голосом человека, привыкшего перекрывать шум битвы:

Широкие лезвия пробили его незащищенную грудь, вошли на всю длину, а одно даже прорвало кожу на спине и высунуло жало между лопатками. Явор вскрикнул снова:

– Спасайте княгиню!.

. Измена!.. Изме…

Заговорщики ворвались в сени. Явор упал на колени. Кровь широкими струями хлестала из ран. Рот беззвучно шевелился, губы посинели. Приподнялся, бросил себя к стене. Упал, поднялся, цепляясь за бревна, ударил кулаком в било, вскрикнул угасающе:

Колени его подломились. Он умер раньше, чем рухнул на пол, но резкий крик в утренней тиши всполошил людей, заставил руки мужчин метнуться к оружию. Наверху послышался топот. Влад выругался, выхватил меч и метнулся по лестнице, перепрыгивая по три ступени.

Его люди, уже не приглушая шаги, бежали следом.

Ольха тоже слышала и крик, и топот. С узким клинком в руке она встала слева от двери. По коридору прозвучали быстрые шаги. Дверь распахнулась, Ингвар влетел как стрела, замер, ощутив на горле холодное лезвие клинка.

– Ах, это всего лишь ты, – произнесла она. Бросила акинак, отступила. – Что-то стряслось?

– Не знаю, – ответил он, злясь, что выглядел глупо с ножом у горла. – Кто-то кричал… вроде бы тревога!

Внизу послышались крики, лязг оружия, брань.

Ингвар резко повернулся, взгляд был диким.

– Твои люди? Все же напали?

– Быть не может, – прошептала она, холодея от страшного предчувствия. Неужто подозрительный Явор решился освобождать ее силой? – Поспешим!

– Поспешим, – согласился он, в голосе воеводы была горечь. – Я знал, что так будет, но не хотел верить, дурак…

Они не успели добежать до лестницы, как наткнулись на спины отступающих Окуня и трех древлянских ратников. Те пятились, прикрывшись щитами, сдерживали оттеснивших их уже на последний поверх людей Влада. Тех было около дюжины, сам Влад бешено рубился впереди.

Израненный Окунь рухнул наконец, прохрипев:

Ингвар прыгнул как барс, мгновенно одолев пролет и оказавшись впереди Окуня. На него обрушился град ударов, он шатался, отражал двумя мечами, а Ольха за его спиной поспешно оттащила Окуня еще на ступеньку. Он смотрел затухающими глазами:

– Княги… ня… Влад – враг…

Из боковых проходов выскакивали полуголые заспанные гридни. Кто с мечом, кто с топором, но, завидев Ингвара в схватке, очумело бросались в бой.