Другое дело, сколько их напечатано было?

– Найти бы этого «милиционера»!

Андрей выделил последнее слово интонацией, а Арапов сразу его понял:

– Ты думаешь – он ряженый? Форму где-то приобрел? Полагаю, он действующий сотрудник органов.

– Забыл, что пуля, которой был убит Погиба, уже послевоенного выпуска? На складах, на руках, в органах еще полно боеприпасов военного выпуска – ведь их миллионы наштамповали. В общем, надо искать этого «оборотня». А сейчас иди, отдыхай.

У Арапова в производстве было сразу несколько дел, и кроме Андрея еще один опер, Тихон, на подхвате. Арапов же, как более старший и более опытный опер, был своего рода «мозговым центром», руководителем. Как он умудрялся держать в голове многочисленные детали сразу нескольких дел, Андрея поражало.

Два дня никаких новых данных, могущих пролить свет на ситуацию, не поступало. По заданию Арапова Андрей отрабатывал личные дела милиционеров в звании старшины.

– Ты на фото смотри критически, фотографироваться человек мог несколько лет назад. С тех пор он мог потолстеть, похудеть, отрастить усы, впрочем – даже приклеить их, идя на дело. Смотри на овал лица, на рост и возраст.

То, что усы можно приклеить, Андрей знал – в кино или театре так делали. Но в жизни он с этим не сталкивался и о существовании постижерных мастерских не подозревал.

За два дня, проведенных в отделе кадров, голова шла кругом. Лица на фото, автобиографии, послужной список – все надо было проанализировать.

Очень высоких, толстых и тех, кому было больше сорока лет, он сразу отметал – продавщица ювелирного отдела такую особенность отметила бы. Но и таких – среднего роста и возраста – набралось шесть десятков. Как узнать, который из них предатель интересов службы, оборотень в погонах? Ему очень хотелось надеяться, что искомый человек попал в его список.

На третий день он заявился к Арапову и доложил о результатах поиска.

– Хм, все-таки круг сужается. Шестьдесят человек – это не тысяча. И у меня для тебя новость. В Ивантеевке обнаружена фальшивая сторублевка, и ты прямо сегодня поезжай туда.

Андрей подошел к карте Москвы и области:

– Владимир Матвеевич! А ведь Мытищи и Ивантеевка на одной линии – я имею в виду железную дорогу.

– Что ты хочешь сказать? Что сбытчик живет на северо-востоке Москвы? В Мытищах и в Ивантеевке он точно не живет – не стал бы там сбывать фальшивые деньги. И вообще он может жить где угодно. Добрался на метро до вокзала – и все.

– Почему же тогда одно направление?

– Вполне может оказаться случайностью. Вот если сбытчик третий раз толкнет фальшивку, и снова на этой линии, тогда – да, закономерность. Хотя я пока не пойму, чем она нам поможет?

Андрей поехал в Ивантеевку.