— Слушай меня внимательно, Индус… — произнёс я.

Бандит согнулся в пояснице, когда я прописал ему ногой «таблетку для памяти».

Он снова выругался. Но умолк после второй «таблетки». Метнул в меня яростный взгляд.

— Слушай меня внимательно, Индус, — повторил я. — Вернёшься к Рамазанову. Скажешь, что его жена прыгнула с Калининского моста. Скажешь, что видел это своими глазами…

Бандит сплюнул на землю рядом с моими ногами.

Я пожал плечами и ткнул носком кеда ему под рёбра.

— Слушай меня, Индус, и не отвлекайся, — сказал я. — Это в твоих интересах. Сделаешь, как я велю — проживёшь дольше.

Потому что Бивень не узнает, что ты стучишь на него в ментовку.

Я выдержал паузу, улыбнулся и добавил:

— Ведь ты стучишь, Индус. Мне об этом знакомые менты все уши прожужжали. Они расскажут об этом и Бивню… если я их об этом попрошу. Понимаешь, чем это для тебя обернётся?

— Что ты мелешь, фраер?!

И вновь получил удар в грудь.

— Лежи спокойно, Индус, не дёргайся, — сказал я. — Напомнить, как на вашем жаргоне называют предателей? Гарантирую: Бивень вырежет это слово из четырёх букв у тебя на лбу. Сомневаешься?

Я встретился взглядом с глазами Индуса.

— Так что подумай о том, что скажешь сегодня Рамазанову. Уверен, у тебя хорошая фантазия. Расскажи ему, как Марго сиганула с моста. Опиши, как её унесло вниз по течению реки. Обо мне не говори.

— Ты понял меня, Индус?

— Наиль мне не поверит, — сказал он.

Бандит приподнялся на локтях; в глаза мне он не смотрел.

— Сделай так, чтобы он поверил, — сказал я. — У тебя получится, если постараешься. Прояви актёрский талант. От него сейчас зависит твоя жизнь. Помни об этом, Индус, и поживёшь ещё… немного.

Я убрал ногу с руки Индуса, одёрнул футболку. Наблюдал за тем, как бандит усаживался на асфальт. Подумал: «Проживёшь ещё больше полугода, Индус. Почти целых восемь месяцев. Пока Бивень ни узнает о твоём стукачестве — без моей помощи». Я вспомнил, что мне рассказывал сменщик в пункте приёма стеклотары о смерти Индуса. Бивень устроил для своего бывшего подручного настоящую казнь — об этом шепталась ошивавшаяся около рынка шпана. Поговаривали, что Индуса нашли повешенным на ветке дерева около мусорного бака на Колхозном рынке.

Мало кто тогда сомневался, что в петлю Индус полез не по собственному желанию (да ещё и «с камнем во рту»). Я вновь прицелился взглядом в родинку между бровей бандита. Ухмыльнулся, покачал головой. Потому что сообразил: в этой новой жизни я спасу не все жизни, какие мог бы спасти.

«Чёрный дембель, — подумал я, — это не Супермен. У него совсем иное мировоззрение. И другие цели». Я повернулся к сидевшему на земле Индусу спиной. Отыскал взглядом неторопливо отдалявшуюся от меня фигуру Маргариты Лаврентьевны.