– Ну, как тебе? – спросила она кота за неимением других зрителей.

Кот презрительно фыркнул и отвернулся.

Алевтина припарковала машину поблизости от ресторана и направилась к входу.

Над входом в ресторан сияло огромное световое панно, переливавшееся всеми оттенками зеленого, голубого и фиолетового цветов. Приглядевшись к нему, Алевтина поняла, что это искусная имитация северного сияния.

По этому мерцающему фону крупными фигурными снежинками было написано название – «Северное сияние».

Игорь Журавлев стоял прямо под светящимся панно. Отсветы северного сияния падали на его лицо, освещая его яркими разноцветными бликами.

Он выглядел неожиданно трогательно в каком-то подростковом, давно вышедшем из моды пальто, так что Алевтина приободрилась: рядом с этим мужчиной она смотрелась бы в чем угодно. Хотя… кто сказал, что они должны быть рядом?

То есть он пригласил ее для того, чтобы увидеть оригинал текста, и думает только об этом.

На улице было холодновато, и Журавлев прятал руки в карманах. В этом тоже было что-то подростковое.

Увидев Алевтину, он радостно засиял и стал от этого неожиданно привлекательным.

Алевтина отмахнулась от посторонних мыслей, сделала строгое лицо и сухо поздоровалась:

Игорь решительно распахнул перед ней двери ресторана, они вошли внутрь.

Внутри ресторан вполне соответствовал своему названию: мебель была в основном из стекла или из пластика, имитирующего лед, – «ледяные» стулья были расставлены вокруг стеклянных столов, стойка бара казалась выточенной из огромной льдины.

По «ледяным» стенам были развешаны каяки, гарпуны и охотничьи орудия северных народов, так что Алевтине показалось, что она снова попала в Институт народов Севера и Сибири.

Еще на стене висело несколько больших цветных фотографий. На одной из них была изображена женщина удивительной красоты, восточного или скорее северного типа в красивой, ярко расшитой парке.

– Это жена моего друга, – проговорил Журавлев, увидев, что Алевтина разглядывает фотографию.

– Красивая! – оценила Алевтина.

К ним с Игорем подошла девушка-хостес в расшитой такими же яркими узорами кожаной куртке.

Она проводила их к свободному столику, положила перед ними две тонкие книжечки в тисненых кожаных обложках – меню ресторана.

Не успела она отойти, как к их столику торопливой походкой подошел крупный, плечистый человек лет сорока, с обветренным лицом и большими, тяжелыми руками.

– Кого я вижу! – воскликнул он, приобнимая Журавлева. – Игореша! Что же ты не сказал мне заранее, что придешь и приведешь свою девушку? Я бы приготовил для вас что-нибудь особенное.