Черви, по словам землянина, были серебряными Секаторами — элитными истребителями Восходящих. В Логове, разрушенном в Эстэ, Подобный Пламени нашел маску Черепов и получил от Наблюдателя Сагу, где человек из этой септы тоже встречал этих Червей. Тогда им приказывал тот, кто был сильнее…

Наблюдатель как будто услышал его мысли. Серебряное задание, полученное еще в Эстэ, о выявлении червивых предателей среди его Народа, шевельнулось в Атласе, чуть изменившись, — он сделал первый шаг к его разгадке. А рядом с ним вспыхнуло другое, окутанное золотой каймой Подвига! Наблюдатель счел его достойным поиска Всадника и несомой им живой Тьмы.

Это было неспроста — альфа-разум всегда избирал наиболее достойных для исполнения своей воли…

Еще один знак Незримого.

— Мой господин, приближаются всадники! — донесся голос Азимандии. — Теневой зверь несет два серебра… Мне убить или пленить их?

— Это гости, приведи их ко мне, — медленно ответил Пламени Подобный. — Морвейн, очнись! Благодарю за твое прозрение.

Заклинательница Духов вздрогнула и медленно подняла голову, ее глаза вновь обрели осмысленность.

— Мой господин, твои дети… пали во тьму.

— Знаю, — холодно ответил Пламени Подобный. — Но скоро они поймут, что есть тьма поглощающая… а есть — карающая.

Всадники приближались к Черным Камням. Он знал их, обоих.

Сигурд и рикс Народа Теней, тот дерзкий первый сын, что удостоился его метки. При первой встрече осколок Единого опалил его лицо, и тот урок добавил человеку Теней мудрости. Он предупредил землянина, за это стоило наградить и сделать первым из тех, кто узнает о возвращении истинного владыки.

Пламени Подобный знал, что в окружении своих Рун внушает страх — как и подобает властителю, а старое тело изгоя может смутить умы.

Поэтому не удивился, увидев, как вождь Когтей вскинул оружие, а затем, скованный ментальным Навыком Азимандии, бросил его — и, чуть пошатываясь, подошел к нему, опустился на одно колено.

— Последний раз, когда мы виделись с тобой, рикс, я жил в другом теле, — произнес Пламени Подобный, связывая его взгляд своим. — Том, что принадлежало и принадлежит землянину по имени Сигурд. Тогда ты спросил, почему первая мать велела слушать меня так, будто устами Сигурда говорит сам Белый Дьявол.

А я сказал, что расскажу тебе, если ты не изберешь иную награду. Помнишь?

— Да, — едва шевеля губами, произнес Коготь. — Помню…

— Теперь пришло время рассказа и награды. Смотри!

Осанна лучше тысячи слов. Мощная, ослепительная, сжигающая все сомнения. Она вспыхнула в сознании Когтя сотней ярких образов — и он увидел все.

Осанна погасла. Но Пламени Подобный знал, что Коготь сейчас видит на его месте другую фигуру — ту самую, из Эстэ, дарующую молнии.