Затворник же переключился на текущие проблемы, словно пытаясь отстраниться от всех потерь и разрушений. Но и он бы тоже с радостью придушил этого короля собственными руками.

Впрочем, тут даже сам Валера не думал о жалости. Он, наоборот, всё пытался придумать самую страшную казнь для этого ублюдка.

Ближе к утру без устали работающие орки постепенно очистили площадки прямо у стен и закатили туда орудия, спрятав их хоть за каким-то укрытием. Разбив у развалин лагерь и выставив дозорных, три командира, не сговариваясь, направились наверх, следуя в сопровождении охраны.

Каждый по-прежнему молчал, переваривая случившееся. И только злобные взгляды, которыми они одаривали друг друга, говорили о том, что близится большая буря.

Но пока всех сдерживало только одно – желание найти Генриха Лирского, виновника всего этого кошмара.

Осторожно поднимаясь по завалам и насыпям из молотого щебня и камней, Валера старался не смотреть на торчащие наружу руки, ноги и другие части тел, присыпанные серой пылью и песком. Ведь если не приглядываться и не задумываться, то погибшие казались каким-то мусором, застрявшим в этой куче.

На них даже крови не было – так, только какие-то мокрые пятна грязи.

Но засмотревшись на остатки здания, которые нависли над обрывом, словно какой-то скелет, парень наступил на что-то мягкое. Он бегло глянул вниз и увидел чьё-то лицо, раздутое и затихшее в немом крике. Несчастного передёрнуло и отскочил в сторону. Казалось, что весь этот город кто-то засунул в огромную мясорубку, а потом вывалил получившееся месиво на былое место. Чтобы отвлечься, Валера задрал голову вверх, туда, где на улицах выше, поднимались руины каких-то богатых домов.

Крыши провались напрочь, часть стен улетела вниз, провалившись вместе с полом. Выглядело так, словно кто-то раскрыл пополам кукольный домик. Торчали брёвна перекрытий и куски кладки, иной раз болтаясь в воздухе, будто бы наплевав на законы физики. Один балкон держался буквально на двух кирпичах и куске решётки, вон паркетный пол свисал над обрывом, изогнувшись, словно одеяло с кровати. И везде почерневшие следы от пожаров."

"Местами здания рушились в сторону склона, оставляя улицу чистой. Но в таких местах тоже было не пройти – мостовая просела и обвалилась вниз, оголяя недра подземелий – всякие погреба и туннели канализации.

Эти ямы заполняла вода, что бежала откуда-то сверху. Иногда она переливалась через край, водопадом стекая по обломкам на склоне внизу.

Иногда небольшому отряду приходилось пробивать себе дорогу через уцелевшие дома, чтобы обойти какой-нибудь завал или большой провал. А то и вообще карабкаться по уступам, цепляясь за обвалившиеся куски стен. Путь был тяжёлым, но постепенно королевский дворец становился всё ближе и ближе.