— Потому что мачеха не хочет видеть его в доме.

— Ну, он же может отдельно поселиться.

— Она не хочет, чтобы он вообще находился в Петербурге. Она всегда стремилась выдавить его из семьи, с глаз долой. Для нее семья — это она, ее муж и ее дети, больше никто. Такой характер, при том что денег у них всегда хватало.

— Откуда такие подробности?

— Ну да. У него двоюродный брат в том же полку, что и Арсений. От него я все и узнал.

— А про сны он не упоминал?

— Какие сны? Истрин — обыкновенный офицер, только вот о стихах никогда не мог говорить спокойно. Обязанности свои выполнял, но на лице у него всегда было написано, что его от них тошнит, поэтому его не особо жаловали.

— Так я и думал, — буркнул Володя, не уточняя, что именно он думал. — Значит, все его видения — просто выдумка, так что нечего обращать на них внимания.

До их слуха донесся громкий треск — один из тех звуков, которые иногда слышишь на оживленной улице и о которых быстро забываешь; но близнецам показалось, что прозвучал выстрел, и оба рефлекторно дернулись. Поняв, что никакого выстрела не было, Коля сконфуженно покосился на брата и заметил, что тот немного побледнел.

По правде говоря, Володя выразился куда крепче, так что даже извозчик, который знал, как ругаются благородные господа в подпитии и даже иные дамы в трезвом виде, оглянулся на него с некоторым почтением. Но Коля даже не обратил на это внимания. Для него было неприятным открытием, что брат тоже боится.

…Выстрел, падение, смерть. Выстрел, падение, смерть. Правда или нет? И если правда, то кто же из них?..

— Интересно, уж не рассчитывает ли Истрин вызвать одного из нас на дуэль? — спросил Володя внезапно.

— А что, мысль, — пробормотал Коля.

 — Может, нам пока не стоит его задевать?

— С какой стати? Я говорил и буду говорить что хочу. А если он начнет говорить о дуэли, я просто на нее не выйду.

— И ты тоже не выйдешь.

В Коле взыграл дух противоречия.

— Еще какие-нибудь приказания будут, ваше превосходительство? — спросил он уморительно тоненьким голоском, склонив голову набок.

Володя поглядел на него и расхохотался.

— Ну вот, так-то лучше, а то все сон да сон… — Извозчик натянул вожжи, и Володя увидел, что они находятся возле особняка, в котором жили Левашовы.

 — Держи свой гривенник. — Он отдал извозчику деньги и обратился к брату: — Идем!

От Сони братья узнали, что Кирилл Степанович уехал, Наталья Андреевна закрылась у себя и никого не принимает, а Ольга Кирилловна наверху. Горничная хотела доложить о близнецах, но Володя сказал, что они хотят сделать Оленьке сюрприз.

— Почему в этом доме горничные такие дурнушки? — не удержался Коля, когда они поднимались по лестнице. — Что она, что другая… как бишь ее… Глаша, что ли?

— Не знаю, не знаю, — протянул Коля, забавляясь.