Воздух вокруг наэлектризовался так, что у Насти, стоявшей у стены, волосы встали дыбом, — Значит, решил благородно уступить? Дать слабой девочке шанс?

— Вообще-то, — я приподнял бровь, — я просто подумал, что тебе эта метка нужнее. У меня своя есть, а тебе…

— Что мне? — её голос стал совсем тихим. Опасно тихим, — Договаривай, Безумов.

— Тебе она пригодится для защиты города. В конце концов, ты Истребитель…

Она замерла. А потом… потом на её лице появилась та самая улыбка, от которой у любого здравомыслящего человека должны побежать мурашки по спине.

— Вот как? — промурлыкала она, — Какой ты… заботливый. Тогда знаешь что?

— Мне. Не нужна. Эта. Метка.

Каждое слово сопровождалось вспышкой молнии — но теперь её удары были чуть менее точными, движения самую малость медленнее. Настолько незаметно, что заметил бы только очень внимательный наблюдатель.

У Государя от таких слов брови моментально взлетели на лоб.

«О нет», — простонала Айсштиль, — «Теперь они оба…»

«Тихо!» — шикнул Ноктус, — «Самое интересное начинается! Делаю ставку на то, что они случайно разнесут тут все!»

«Ты невозможен», — вздохнула богиня льда.

Мы кружили по залу, обмениваясь ударами. Со стороны бой выглядел впечатляюще — вспышки молний, клинки Бездны, сполохи энергии. Эмми даже создала несколько дополнительных огненных шаров для лучшего освещения — видимо, не хотела пропустить ни одной детали.

Но мы оба старательно оставляли друг другу лазейки для контратак. Я допускал едва заметные ошибки в защите. Света «случайно» выбирала не самые удачные моменты для атаки. Каждый пытался проиграть настолько технично, чтобы другой не заметил умысла.

— Знаешь, — как бы между делом заметил я, уклоняясь от очередной «случайно» неточной молнии, — а ведь твой отец гордился бы тобой… если бы его не унесли в лазарет. Такой контроль над силой…

— Да? — она метнула в меня каскад разрядов, каждый из которых почему-то прошел мимо цели, — А по-моему, кое-кто просто заговаривает мне зубы.

Император наблюдал за нами с нечитаемым выражением лица. Но в его глазах промелькнуло что-то похожее на понимание. И… веселье?

— А может, — Света вдруг остановилась после особенно эффектной, но на удивление безопасной комбинации, — хватит этого цирка? Давай просто признаем, что мы оба…

Она не договорила. От входа в Хранилище раздался знакомый голос:

— А можно мне тоже поучаствовать в этом изящном… противостоянии?

В проеме стояла Дарья, и в её глазах плясали озорные искорки. На губах играла та самая улыбка… я… то есть мой носитель помнил её еще с детства, когда мы вместе придумывали очередную проказу.

Хм… точно, а ведь Дарья и Костя в детстве дружили… Жаль, я помню очень мало об этом периоде. Толком воспоминания не сохранились.