Взгляд или… слова…

— Помощь нужна? — с весельем обращается к нему друг.

— Отвали, помогатор, — резко отзывается Артур.

Вернув на комод безжизненный гаджет, снова уходит во двор, к бассейну.

Переведя дыхание, смотрю на Рафаэля, который подталкивает ко мне собранную только что картонную коробку и просит:

— Пройдись по дому, убери все бьющееся. Наверху тоже.

— Что именно? — уточняю.

— Все, что посчитаешь нужным. Я в тебя верю, — возвращается к разбору пивного ящика.

Взяв коробку, начинаю кружить по гостиной. Убираю с журнального столика вазу, набитую ракушками и еще пару декоративных мелочей. Вазу с комода убираю тоже, как и подсвечник, похожий на сувенир из Египта.

Лестница на второй этаж деревянная, но не издает ни единого скрипа, когда по ней поднимаюсь. Наверху — комнаты и коридор, из его окна в самом конце — еще один потрясающий вид. Задерживаюсь там и пару минут разглядываю пейзаж. Соседние дома слегка его портят, ведь в этом поселке нет общей концепции, все разношерстное, но это мелочь.

Вздохнув, захожу в первую комнату — это спальня с окнами на другую сторону. На подоконнике орхидея. Когда убираю ее и ставлю в противоположном от входа углу, внизу, на первом этаже, отчетливо хлопает входная дверь.

Я слышу громкие голоса и смех. Это приносит холодок волнения, ведь я уверена: никого из пожаловавших гостей не знаю, соответственно, не знаю, как себя с ними вести, но первое желание — просто превратиться в мебель.

В комнате напротив окно выходит во двор. Взяв с подоконника вазу с искусственными колосьями, смотрю вниз, на бассейн, и замираю."

"Там, внизу, Палач из шланга поливает каменный пол, а позади, тесно прильнув к его спине, стоит какая-то девушка.

Высокая блондинка в микроскопических шортах и топе. Ее волосы достают до самой талии, и они настоящий водопад: идеально выкрашенные в натуральный блонд и блестящие настолько, что мои глаза режет солнечный зайчик.

Обняв Артура за талию, она трется щекой между его лопаток и делает это, прикрыв глаза. Словно попала в рай. На ее губах улыбка. Лицо Палача скрывает козырек черной бейсболки…

Уставившись на них, я не могу двинуться с места.

В голове ни единой мысли, только белый шум. Смотрю так, будто глаза приклеились, а в груди возникает воронка, которую ощущаю физически.

Отшатнувшись от окна, бездумно пялюсь на проклятую вазу, словно забыв, зачем я сюда пришла.

Мне вдруг становится жарко, еще накрывает потребностью что-нибудь делать! Механически и без остановки, поэтому, выскочив из комнаты, как ураган влетаю в следующую.

Глава 20

С доверху наполненной коробкой я стою в начале лестницы битый час. Позорно долго.