Я слабо приоткрыла глаза и поморщилась от яркого солнечного света, что заливал комнату.

— Через час Костя отвезёт тебя в клинику на обследование. Сомневаюсь, что такое состояние нормально, — услышала я голос Артура и от сна не осталось и следа.

Повернула голову и встретилась с его внимательным взглядом. Не знаю сколько времени мужчина находился в комнате и смотрел как я сплю, но последние три дня я только и делала, что спала. Сил не был даже чтобы встать и поесть. Меня постоянно мутило, даже от виды воды. Но я отчетливо помнила, что она снилась мне каждую ночь, в том числе и эту, а я не могла ей напиться.

Протягивала руки к источнику, жадно глотала холодную воду из ладоней, сложенных гармошкой, а утоления жажды не наступало. Глаша приносила подносы с едой в мою комнату три, а то и четыре раза на день, и уносила их обратно. Я смотреть не могла в сторону еды. А последние дни не могла даже себя заставить съездить к Егору. Единственное состояние, в котором я чувствовала себя относительно хорошо — это был сон.

— Со мной все в порядке, — слабо отозвалась я. — Это токсикоз.

С Егором я ходила точно так же, — точнее пластом лежала дома после того как приходила с работы. — Даже не представляю как мне хватало сил работать весь день. Но кажется это не продлилось долго, я упала в обморок и мне выдали больничный, — вспоминала я события давно минувших дней.

Артур смотрел на меня пронизывающим взглядом.

— Уверен, что врачу показаться не будет лишним. Только обмороков нам и не хватало. Он назначит терапию или лечение, но это ненормально, — говорил он, вглядываясь в мое лицо. — Именно об этом я говорил тебе в прошлый раз, когда настаивал на одном эмбрионе.

Двое — это уже повышенный риск для твоего здоровья, а у нас не так много времени, чтобы ждать и пробовать снова.

— Ты… — я осеклась, выдыхая и зажмуривая глаза, останавливая себя от колкости в его адрес. Наши отношения стали налаживаться только потому что я начала чаще молчать и во многом с ним соглашаться.

— Я пытаюсь создать тебе комфортные условия, чтобы выносить детей, — спокойным голосом говорил Артур. — И мне жаль видеть тебя такой слабой. Я ведь не совсем без сердца, — он слегка улыбнулся, заметив, как я резко открыла глаза и возмущенно вскинула подбородок.

— Ты это понял, когда запретил мне ходить на работу или… когда трахал на столе в том ресторане? — Артур даже не сощурился от резко брошенных мною слов и никак не прокомментировал это ядовитое замечание, от которого я не смогла сдержаться. Молчать не всегда получалось, а слово, вылетевшее из моего рта не воробей… уже не поймать.

— Мне пора на работу, — он сидел передо мной на стуле с невозмутимым лицом.