— Ты убьешь его? — с каждой секундой тревога нарастала, а я нервничала все больше.

По лицу Артура скользнула улыбка.

— Мне даже немного льстит, что ты считаешь мня таким мерзавцем. Но тем лучше. Не хочу строить иллюзий, что создам для тебя сказку. На месте того парня, который когда-то был от тебя без ума, ты видишь его усовершенствованную копию, разучившуюся любить и быть сострадательной.

— Я не верю тебе… Ты растишь чужого ребёнка!

— А ты скрывала столько лет от меня родного… В чем разница?

— Это не одно и то же! То есть это совсем разные вещи… — я даже забыла на какое-то время о своей дурноте и была преисполнена сил и решимости подняться с постели.

— Мне пора, — спокойным тоном произнёс Артур. Приблизился ко мне и коснулся лица, погладил пальцами по подбородку. — Ты очень бледная и, кажется, ещё похудела… Надеюсь, что это состояние и правда скоро пройдёт, не иначе ты превратишься в тень. Если вечером ты не спустишься в гостиную на ужин, я сам поднимусь к тебе и накормлю тебя. С рук. Ты ведь хочешь этого? — мое сердце после этих слов принялось выстукивать барабанную дробь, пока Артур пристально смотрел мне в лицо.

Я не нашлась, что ответить, но понимала, что мужчина намекал на… секс? Последнюю неделю, когда меня начало штормить он даже не заходил в мою комнату.

Не услышав ответа, Артур развернулся и вышел из моей комнаты, а я снова бессильно откинулась на подушки. Сил не было даже разозлится, что он снова все решил за меня.

Спустя час мы ехали с Константином в клинику. Я по новой сдала все анализы, посетила гинеколога, она назначила мне капельницы и выписала витамины. Заверила, что ничего страшного в моем состоянии нет, а оба ребенка развиваются хорошо.

Я было хотела попросить с врача расписку для Артура, что ни мне, ни детям ничего не угрожает, но подумала, что он и так периодически справляется у Елены Юрьевны о моем состоянии. Даже не смотря на то, что договор он и в самом деле переоформил на мое имя.

Из клиники мы направились к Егору и я пробыла там до вечера. Моё состояние к вечеру не улучшилось, но по крайней мере в движении и заботах дурнота так остро не ощущалась. Только спать хотелось безумно. С Егором такое состояние продолжалось вплоть до его первых толчков, но тогда я ещё и работала на заводе, когда наивно полагала, что мы нищие… Господи, мама как же ты могла так со мной поступить? Как отец Артура мог опуститься до такой низости?

Вечером я спустилась в гостиную, сил не было передвигаться, снова хотелось спать, но я пообещала Кате провести с ней немного времени и собиралась поужинать вместе со всеми.

— Как прошёл день? — спросила я Артура за ужином.

Мы зашли домой полчаса назад, гуляли все это время на улице с Катей и Глашей. Погода стояла замечательная.