Денис, все так же, не глядя на меня и не говоря ни слова, надевает шлем и начинает застегивать на нем ремешки.

И тут мне становится по-настоящему страшно.

Потому что я, мать вашу, достаточно хорошо знаю Зверева, чтобы не понимать, чем может грозить Дену эта гонка. Знаю, как умеет он подрезать, вынуждая соперника уходить в занос или вообще вылетать с трассы. В прошлом году одного такого увезли в переломом ребер, другого – с переломом обеих ног, третий вообще вместе с байком улетел в озеро.

К тому же, я уверена, что даже при честной игре Денису никогда его не обойти. Он давно не катается и, наверняка, утратил навык, а Зверь с каждым годом гоняет все круче и круче.

- Денис, ты не поедешь, - срываюсь я на писк, хватаясь за его плечо.

- Денис, посмотри на меня!

Не смотрит. Убирает мои руки и заводит байк. Меня начинает натуральным образом трясти от ужаса. Я в панике дергаю его куртку и хватаюсь за руль. Кто-то сзади пытается меня оттянуть, зовет по имени, но я не реагирую.

- Ден, пожалуйста! – оббегаю мотоцикл спереди и зажимаю колесо двумя ногами.

Только сейчас он смотрит в мои глаза. Упрямо сощурившись, исподлобья.

Толпа вокруг начинает шептаться, посмеиваться, периферийным зрением вижу, что одна девица зачем-то снимает нас на телефон. Но меня все это совершенно не волнует. Я не допущу этой гонки.

- Отойди, - требует Ден.

- Егор! – выкрикиваю Звереву, - прекрати!

Денис дергает мотоцикл, словно бесясь, что я разговариваю с соперником.

- Ты не поедешь! – стискиваю колесо крепче, чувствуя, как впивается в кожу ног протектор шин. От подступивших слез щиплет в носу.

Старт затягивается. Все в напряжении ждут развязки, а я насуплено смотрю с глаза Дена через визор.

- Тебе придется меня переехать, - проговариваю так, чтобы меня никто не слышал, - я серьезно.

- Ладно, - вдруг раздается сбоку голос Зверева, - забей, Денчик, я передумал.

И я, облегченно всхлипнув, чувствую, как бегут по лицу слезы.

Егор, уезжая сам, разгоняет вокруг нас толпу. Вскоре на площадке мы остаемся почти одни. Он все так же разъедает меня взглядом, я все еще сжимаю колесо коленями.

Сняв шлем, Ден ерошит волосы на затылке и тяжело вздыхает.

- Идиот, - шиплю себе под нос.

Страх, отступив, освобождает место неконтролируемой ярости. Я не заслужила такой встречи! Я, мать его, ждала, как Пенелопа своего Одиссея! И в том, что я не примчалась встречать его в аэропорт, виноват только он.

Потому что я бы примчалась. И в квартире его осталась бы. С фиалками и пальмой! А теперь…

Растерев, слезы по лицу, отталкиваюсь руками от руля его мотоцикла, иду к своей Ямахе, дергаными движениями надеваю шлем и завожу ее.

Ден, стиснув зубы, молча наблюдает, как я разворачиваюсь и выезжаю на трассу.

Приехав домой, принимаю горячую ванну и, отключив телефон, сразу ложусь спать.