Как можно быть такой сексуальной и такой беременной одновременно?

Сидит, поджав под себя ноги, и невозмутимо трескает мороженое, как будто в ней сейчас не сидят два других человека.

Вещунья моя. Дошутилась…

- Эль, у тебя ноги не затекли?

- Не-а, - отвечает беспечно, отправляя в рот очередную ложку мороженого.

- А горло не заболит?

- Не-а, папочка, не заболит.

Папочка. Она меня часто теперь так называет.

Нравится все, что она собой олицетворяет. Нежность, ласку, любовь во взгляде, секс, страсть, немного сумасшествия и перчинки в виде ревности.

Уют в нашем доме, аппетитные запахи, собака, облюбовавшая мое кресло, толстый, вечно голодный, кот.

Она мое все. Центр моей Вселенной и смысл жизни. Мои воздух, солнце и вода.

Женщина, вынашивающая сразу двух моих сыновей.

- Ден, у тебя такой вид, будто ты сейчас заплачешь, - проникает в ухо ее голос, - так жалко башню Марго?

Бл@ть... Беременная Элька, а гормоны шалят у меня.

- Слушай, я все думаю, какие они будут? Наши близнецы.

- Самые классные! – отвечает уверенно, - у нас с тобой других и не может быть.

- Я имею в виду, на кого похожи?.. На тебя или на меня?

- На меня, - гордо заявляет вошедший в гостиную Мот.

- А губа не треснет?

Друг подхватывает на руки сына и опускается в кресло напротив. Целует в макушку и щупает рукой подгузник.

- Не треснет. Моя дочь походит на мою сестру, значит, ее дети будут походить на меня.

- А я здесь просто мимо проходил, да? – прижав к себе смеющуюся Эльку, накрываю большой живот своей рукой.

Один из сыновей тут же отвечает ощутимым пинком в ладонь. Я начинаю поглаживать тугую плоть и чувствую еще один толчок.

Мои пацаны. Тюменцевы. Макар и Роман.

Щемящее чувство в груди накрывает с головой. Обнимаю жену, на глазах Мота, целую в губы и слышу насмешливое:

- Поздравляю. Она все-таки сделала тебя каблуком.