А когда вы пришли, ее там уже не было."

"— Куда-нибудь заходили по дороге от дома Косаря на Петровку?

— Нет.

— Куртку где-нибудь снимали?

— Только здесь, в кабинете.

— Кто-нибудь заходил в кабинет, пока меня не было?

— Заходили, конечно. Коротков, Ларцев, потом этот… красавец такой, я его фамилии не помню…

— Игорь Лесников?

— Да-да, он. Еще Коля приходил.

— Селуянов?

— Да. Еще несколько человек заходили, вас спрашивали.

— Они из нашего отдела?

— Кажется, да.

— Что значит «кажется»? Они присутствовали у Гордеева на совещаниях?

— Не помню. Я плохо лица запоминаю.

— Тренируйтесь, — Настя уже не пыталась скрыть злость. — Вы выходили из кабинета?

— Выходил, конечно, вас же очень долго не было.

— Да перестаньте вы оправдываться, лучше отвечайте на вопросы как можно точнее. Дверь запирали?

— Да… Кажется…

— Запирали или нет?

— Ну… Не всегда. Когда надолго уходил — запирал, а когда на минутку…

— Ясно. Отдайте мне ключ от кабинета. Вы — человек расхлябанный, я не могу рисковать, ожидая, пока вы возьметесь за ум. У вас есть способности, это несомненно, и вы смогли бы стать настоящим розыскником, но одних способностей недостаточно.

Учитесь учиться, тогда из вас что-нибудь получится. И займитесь своим характером. Робость и трусость в сочетании с самоуверенностью — чудовищная смесь. Вы с треском вылетите из любого нормального коллектива.

Олег молча натянул куртку, вынул из кармана ключ и положил его на стол. Настя оделась, повесила на плечо необъятную спортивную сумку, с которой ходила летом и зимой, ключ, оставленный стажером, заперла в сейф.

— Не обижайтесь на меня, Олег, — сухо сказала она на прощание. — Наша работа настоящая, а не игрушечная.

Может, я была излишне резка с вами, но вы это заслужили.

— Я не обижаюсь, — удрученно ответил Мещеринов…

…От телефонного звонка Настя вздрогнула. Посмотрела на часы — половина второго ночи. Неужели это они?

— Анастасия Павловна? — послышался приятный мужской голос.

— Да, я. Кто это?

— Как вы себя чувствуете? — весело поинтересовался мужчина, проигнорировав ее вопрос.

— Прекрасно. Кто вы?

— А я думаю, что вы говорите неправду, Анастасия Павловна. Вы чувствуете себя плохо. Вам страшно. Правда?

— Нет. Что вам нужно?

— Значит, правда.

Так вот, Анастасия Павловна, мне пока ничего не нужно, кроме одного. Я хочу, чтобы вы подумали о том, как провели сегодняшнюю ночь.

— То есть?

— Я хочу, чтобы вы запомнили, как вам было страшно и какую незабываемую ночь вы провели в обнимку с этим страхом. Я хочу, чтобы вы поняли: сегодня вам дали попробовать только маленький глоточек, чтобы вы лишь почувствовали вкус страха. В следующий раз вы выпьете всю чашу до дна. Вы же не хотите, чтобы с вашим отчимом приключилась беда.